Уязвленный Ошерль воскликнул:

– И опять вы ошибаетесь! Все планировалось в деловой атмосфере сотрудничества и взаимного уважения! Кроме того, у вас нет никаких доказательств справедливости ваших гипотез. Миска может быть не более чем имитацией древнего стиля – или пережила свое время на много столетий и только после этого была выброшена в море!

– Ошерль, твои рассуждения граничат с полной нелепостью. Мои так называемые гипотезы обоснованы, во-первых, логической дедукцией и, во-вторых, простым наблюдением. Невозможно не признать, что предмет, который вы позволили найти старику Яа-Йимпе, внешне напоминал Персиплекс. Настолько, что вам удалось обмануть Хаш-Монкура, но не меня.

Ошерль недоуменно моргнул:

– Вы считаете, что у вас настолько острое зрение? Или что Хаш-Монкур стал плохо видеть?

– Я не только справедлив, Ошерль, я еще умен и наблюдателен – в то время как Хаш-Монкуру свойственна лишь примитивная хитрость животного, в каковом отношении он ненамного превосходит Сарсема и тебя.

– Вы все еще не смогли ничего объяснить.

– Ты ослеп? Призма висела на шее Яа-Йимпе в горизонтальном положении! Настоящий Персиплекс всегда поворачивается вершиной вверх – чтобы никто не мог неправильно прочесть проецируемый священный текст. Хаш-Монкур не обратил на это никакого внимания и проявил самоуверенную торопливость глупца, за что я ему премного благодарен. А теперь что ты можешь сказать?

– Мне нужно подумать.

– Остаются два вопроса. Первый вопрос: кто из вас прячет Персиплекс – ты или Сарсем? Второй вопрос: каким образом вы с Сарсемом можете быть одновременно награждены за службу и наказаны за предательство?

– Первый вопрос значительно важнее второго – по меньшей мере в том, что касается меня, – пожал плечами Ошерль. – По поводу Сарсема не стану высказывать никаких предположений. Позволю себе заметить только одно: Хаш-Монкур его околпачил.

– Так где же Персиплекс?

– А! Это щекотливая проблема, я не вправе обсуждать ее с неуполномоченными лицами.

– Что?! – взорвался наконец Риальто. – Ты смеешь причислять меня к числу неуполномоченных лиц? После того как Ильдефонс однозначно приказал тебе отчитываться передо мной?

– В границах здравого смысла.

– Хорошо! Мы изложим все фактические обстоятельства дела в Бумергарте, перед Ильдефонсом, и я искренне надеюсь, что мне удастся представить беспристрастный отчет! Тем не менее я вынужден буду отметить твое упрямое непослушание, способное добавить эоны к твоей задолженности.

Ошерль моргнул и поморщился:

– Неужели все это так важно? Ну хорошо, я могу по меньшей мере намекнуть на истинное положение дел. Хаш-Монкур и Сарсем подготовили свой план в шутку. Я немедленно указал им на то очевидное обстоятельство, что они шутят с огнем, в связи с чем подменил Персиплекс подделкой, найденной стариком Яа-Йимпе, – инкуб нервно хихикнул. – Теперь, разумеется, Персиплекс остается в распоряжении Сарсема, и его вина, таким образом, гораздо тяжелее моей.