– Охренеть, – говорю я.

– Жесть, – шепчет Хлоя. Подойдя ближе, она трепетно касается желтой краски, словно боится, что надпись исчезнет. – Сухая, – замечает она.

На всякий случай мы фотографируем стену, чтобы потом сравнить ее с предыдущими снимками, но я и так вижу, что ничего больше не изменилось. Только появился вопрос, перекрывший все остальное.

«А ты в игре?»

«А ты в игре?»

Ответ тут один: да.

Стоит нам сесть в машину и тронуться с места, как в голову приходит неожиданная идея.

– Слушай, можешь выехать на главную улицу?

– Хочешь посмотреть на торец здания?

– Да, раз уж мы здесь. Вроде там пиццерия? Где еще корочку не прожевать.

– Не, пиццерия подальше. На прошлой неделе там был временный магазин виниловых пластинок вроде? А раньше – какой-то хипстерский мебельный. Я там покупала лампочки на кухню, которые ты постоянно порываешься стащить.

– Да, точно, – говорю я. – Было что-то такое.

Хлоя объезжает здание, и мы действительно находим торговую площадку, которую постоянно арендуют всякие небольшие магазинчики. В частности – магазин пластинок.

– Зайдем?

– А там открыто?

– Вроде да, – отвечает она. – Иди сходи, а я найду место и закажу пиццу.