Она кивает. Понимает, что так и есть. Только легче от этого не становится.

Идея приходит в голову, когда мы с Хлоей, доев, ждем счет.

– Вот блин, – говорю я.

– Что такое?

– Сейчас вернусь! – Я выскакиваю из пиццерии и бегу обратно в музыкальный магазин. Как мне сразу не пришло это в голову? Я хватаюсь за ручку и тяну дверь на себя.

Она заперта. Сука!

Я прижимаюсь лицом к стеклу. Рыжеволосая девушка до сих пор стоит за кассой. Я стучу в дверь и машу ей. Она, отложив посчитанную выручку, поднимает на меня взгляд и явно раздумывает, стоит ли открывать.

Я складываю руки в молитве.

Это работает. Она пускает меня внутрь.

Я точно знаю, что мне нужно, поэтому прошу подождать меня буквально минуту. Подойдя к стеллажу с виниловыми пластинками, я нахожу нужный раздел и вытаскиваю альбом «Gaucho» «Стального Дэна» – тот самый, из которого была песня с кассеты. Пластинка оказывается в единственном экземпляре.

На выходе из магазина меня встречает Хлоя.

– Ну и чего ты? – спрашивает она, а потом замечает альбом «Стального Дэна». – Черт. Как мы сразу не догадались?

– Слишком проголодались? – предполагаю я.

Мы направляемся к машине, и тут начинает твориться что-то странное. Уличные фонари выключаются, стоит нам пройти мимо, – гаснут постепенно, один за другим. Сначала мы списываем это на забавное совпадение. Ну серьезно, как отключение электричества может быть связано с двумя случайными прохожими? Но постепенно начинает казаться, что тут что-то нечисто. Будто кто-то следит за нами из тьмы.

Мне вдруг становится холодно. Я хватаю Хлою за руку, и мы ускоряем шаг.

Когда до машины остается пройти всего несколько домов, я оглядываюсь через плечо – и мгновение спустя различаю вдалеке медленно ползущий бесформенный мрак, похожий на косяк больших черных рыб, пробирающихся по дну темного моря.

Это они.

Те, кто преследовал меня в Портленде. Те, кто напал на Фокусника на той пленке.

Тени вернулись.