– Точно?

– Ага, – говорю я и открываю дверь забегаловки. – Пойдем.

…

Народа немного: всего пять-шесть человек, которые не обращают на нас никакого внимания. Видимо, отправитель полотенца пока не пришел.

Заняв дальний столик, мы заказываем кофе, и Хлоя подсаживается ко мне.

– К чему был вопрос про Дэвида Боуи? Мы же вместе ходили на их совместный концерт с Грэмом Парсонсом и Эммилу Харрис.

– С Грэмом Парсонсом?

– К, ты меня пугаешь.

– Прости. Не парься.

Мне хочется расспросить Хлою о Грэме Парсонсе поподробнее, но я лишь натянуто улыбаюсь и поворачиваюсь к двери, как раз звякнувшей колокольчиком.

И вижу, как в нее входят Суон с близнецами.

Ужас накатывает волной цемента, и голова идет кругом. Я хватаю Хлою за руку и пытаюсь подняться, но тело не двигается.

Суон присаживается напротив нас, а близняшки встают по обе стороны стола, перекрыв пути к отступлению.

– Вижу, сообщение вы получили, – говорит Суон.

– За что вы убили Толстяка Нила? – спрашивает Хлоя, сверля глазами близняшку по нашу сторону стола.

– Мы его не убивали, родная, – отвечает другая близняшка.

– Да конечно, – выплевывает Хлоя.

И тогда я замечаю тени, медленно ползущие к нам из недр закусочной.

– Уходим. Срочно, – говорит Суон, вставая и протягивая мне руку.

– Никуда мы с вами не пойдем, – отвечает Хлоя.