– Возьми мне с сыром, пожалуйста, – прошу я.

– Как скучно.

– Зато вкусно.

Хлоя уезжает, а я захожу в музыкальный магазин. Оказывается, можно не торопиться – вывеска на двери гласит, что они закроются только через сорок пять минут.

Из-за старого серого стола с выдвижными ящиками по бокам мне улыбается рыжеволосая девушка лет двадцати в свободной юбке в стиле пятидесятых. Я улыбаюсь в ответ.

Кроме меня, в магазине никого нет.

Я осматриваюсь в поисках зацепок. С игрой может быть связано что угодно – расположение коллекционных пластинок на стенах, какой-нибудь узор в интерьере, даже количество корзин с товаром. Но в глаза ничего не бросается.

Если здесь и есть подсказки, то они явно умело запрятаны.

Через пару минут в магазин заходит молодая пара, которая отвлекает на себя внимание продавщицы, поэтому я достаю телефон и фотографирую все, что попадается под руку, включая корзины и стены, чтобы потом подробнее их рассмотреть.

Мне пишет Хлоя. Она заказала пиццу и заняла столик подальше от входа.

Помахав на прощание девушке за стойкой, я спешу в пиццерию. Сахар в крови ощутимо падает, и я только сейчас вспоминаю, как сильно хочу есть.

– Нашлось что-нибудь? – спрашивает Хлоя за пиццей.

Я мотаю головой.

Пока мы едим, мимо ресторана проходит высокая блондинка. Я слежу за ней взглядом и вспоминаю Суон с близнецами. Где они сейчас? Прячутся поблизости и наблюдают, поджидая подходящего мо- мента?

– Слушай, может, Эмили права и Кроу действительно охотится за игроками? – спрашивает Хлоя.

– Ну, тогда мы в полной заднице, – отвечаю я.

– Нас убьют из-за какой-то игры. Чудесная смерть.

– Да уж, чудесная.

– Твою мать. – Хлоя вдруг жутко бледнеет.

– Барон бы с нами согласился, будь он здесь.