– Как не было? – Эри побледнела.

– Мужикам объявили, что ребенок родился мертвым и от него избавились. До того я видела, как мимо дома прошла женщина. Возможно, тебя передали ей через окно.

– Анжела...

– Но ни сестра, ни мама не стали объяснять, что случилось. Даже я находила это странным.

– Вот оно как… – прошептала Эри. – А я… я-то думала, что мама по собственному желанию бросила меня… Потому что я полуэльф.

Хризалина посмотрела на нее с сочувствием.

– Честно говоря, – сказала она, – до сегодняшнего дня я не знала наверняка, что ты полукровка. Догадывалась, конечно, потому что все на это указывало... Мне жаль, Эриал. И к еще большему сожалению, я не знаю, где Роза сейчас. Она, наверное, объяснила бы лучше.

– Когда вы последний раз виделись? – спросил Рикки.

– После того что произошло, сестра стала угрюмой. Могла за целый день не сказать двух слов. После родов долго не могла прийти в себя, но как только здоровье пошло на лад, она решила уехать из Оту. Мама плакала, но возражать не стала. Я тоже не хотела прощаться, но Роза уже закусила удила. Проводив ее, мы долгое время не получали никаких известий. Лет через пять или шесть пришло письмо. Она писала, что устроилась в Раунфорте, и все у нее хорошо, желала маме здоровья, а мне – достойного жениха. Обратного адреса на конверте не было, а больше писем не приходило. Где она теперь, я не знаю, но уверена, что она захотела бы тебя увидеть.

– Вы думаете? – усомнилась Эри. – У нее сейчас, должно быть, совсем другая жизнь, к чему помнить о кошмаре?

– Всегда можно предположить худшее, – пожала плечами Хризалина, – но всегда может быть и по-другому. Нельзя судить о том, чего не знаешь.

Эри вяло улыбнулась и проговорила с благодарностью:

– Спасибо вам за рассказ.

– И за отличный обед, – добавил Вирт.

– Однако нам пора, – сказал Андрей Волк и поднялся из-за стола.

– Уже уходите? Но я так хотела услышать, что с тобой было все эти годы.

Эри развела руками, давая понять, что тут от нее не зависит.

В душе у нее зародилось странное чувство. Она совсем не знала эту женщину, но вот само осознание, что они родственники, семья... Каким-то образом это меняло дело, многократно усиливало симпатию. И не просто усиливало. Как будто она, Эриал Найт, больше не песчинка в мировой пустыне, у нее есть происхождение. Есть кто-то, с кем она была и будет связана навсегда.

Новые чувства вызывали смятение.

– Возвращайся в любое время, – сказала Хризалина и, глянув на угрюмое лицо Волка, добавила: – Если сможешь.