— Главное, чтобы светом в конце тоннеля оказался не поезд, — сказала самой себе Вика, и смело шагнула во мрак.

«Негаснущее пламя» Герракса потухло почти сразу — стоило ей только отойти от входа больше чем на сто шагов. Теперь она очутилась в абсолютной темноте. Девочка выставила руки перед собой и медленно двинулась вперед, подбадривая себя мыслью, что каждый шаг приближает ее к выходу, а значит, к цели. Но когда она услышала впереди голоса, и увидела метавшиеся по стенам пятна света, то поняла, что обманывать себя не имеет смысла: там кто-то есть.

Она попалась.

* * *

Когда-то давно — когда еще не существовали транспортеры, мгновенно перемещавшие пассажиров в любую точку мира, железная дорога была основным видом транспорта, хорошо развитым и распространенным повсеместно, а, следовательно, самым доступным и популярным. Весь Абсолют был опутан густой, разветвленной сетью железных дорог с множеством станций и полустанков.

Но с изобретением магической формулы, позволяющей заключить заклинание телепортации в металле и камне определенной формы, и использовать его многократно, началась новая эпоха в истории Абсолюта. Впоследствии новомодная конструкция получила название транспортера.

Железной дорогой могли с одинаковым успехом пользоваться все, телепортироваться умели, само собой, только маги. Преимущество же транспортеров заключалось в том, что путешествовать с его помощью мог кто угодно — для этого совершенно необязательно было иметь познания в теоретической магии, и, тем паче, уметь применять их на практике.

Сначала внедрение прогрессивных технологий в массовое пользование было встречено широкой общественностью с осторожностью. По крайней мере, далеко не все были от него в восторге, многие же и вовсе восприняли нововведение в штыки. И лишь спустя долгие годы этот транспорт, наконец, был оценен по достоинству за удобство, простоту, а главное — поистине фантастическую экономию времени. Постепенно все перешли на транспортеры, а железные дороги за ненадобностью было решено разобрать на металлолом, оставив только небольшой участок от города Мастеров до западного берега Бездонного озера — на память. Узкоколейка протяженностью в несколько десятков миль — это все, что осталось от былого великолепия самой грандиозной транспортной системы со времен сотворения мира.

По ней-то и шагал Максим.

Когда он добрался до Вокзала, был уже поздний вечер, и пришла пора задуматься о месте для ночлега. Это оказалось сложнее, чем он думал: из-за ярмарки номера в тавернах и постоялых дворах оказались заняты приезжими, и свободных мест практически не было. Лишь после долгих поисков ему удалось найти крохотную комнатушку в привокзальной гостинице «На Семи Холмах». Обстановка ее была небогатой, но опрятной и по-деревенски уютной: узкая кровать с кованной железной спинкой, на тумбочке — кувшин с водой и полотенце. Стены были оклеены пожелтевшими бумажными обоями, дощатый крашеный пол тщательно вымыт, в глиняном горшке на подоконнике цвели фиалки, а вместо керосиновой лампы на столе стояла двухлитровая банка со светлячками. Здесь Максим переночевал, а рано утром, наскоро перекусив, отправился в путь.