– Стоять! – После первого же удара крикнула Элоиза, когда Брэгэнн и Майкл дернулись на помощь своему господину. Ее люди схватились за оружие, раздался слитный звук вынимаемых из ножен клинков, и те были вынуждены в ужасе и недоумении созерцать, как голова их господина превращается в мясо-костное пюре. Гэбриэл остановился сам, отшвырнул от себя бездыханное тело, обернулся, нашел глазами Брэгэнна. Его красивое лицо в этот миг, искаженное, в брызгах крови, с оскаленными по-волчьи зубами и полыхающими глазами было так жутко, что все, кто был ближе всего к нему, подались назад, ощетинившись оружием, а Брэгэнн, на котором остановился взгляд красных глаз, чуть не поседел от ужаса.

Но Элоиза испытывала совсем другие чувства. Полукровка в единый миг стал ее кумиром. Вот, какого мужчину она ждала всю свою жизнь! Смелый, прекрасный, как бог, жестокий, сильный, как дракон! Ее охватило такое вожделение, что она без колебаний отдалась бы ему прямо сейчас, прямо так, потному, окровавленному, бешеному после расправы… Она прямо-таки видела, прямо-таки физически ощущала, как он рвет на ней кожаную броню голыми руками, как овладевает ею прямо на столе для пыток, с рычанием, как дикий зверь! И ее тело плавилось и корчилось в экстазе.

Гэбриэл же, не видя по-прежнему никого, кроме очередного своего врага, поднял с плит пола Виндсвааль, крепко сжал его рукоять в левой руке – правая, хоть боли он по-прежнему и не чувствовал, почему-то отказывалась повиноваться. И пошел на Брэгэнна, который побелел, как мел, пятясь и пытаясь заслониться от него другими людьми, закричал не своим голосом:

– Убейте его, убейте черта бешеного, стреляйте в него! – И, не выдержав, ринулся к выходу.

– Не сметь! – Заорала Элоиза, когда кто-то из ее людей и в самом деле поднял арбалет. – Бой честный был, вашу мать! Хлоринг! – Она бесстрашно выступила ему навстречу, и Гэбриэл очнулся, увидев перед собой ее лицо и горящий взгляд. – Очнись, слышал?! Я Элоиза Сван, хозяйка этого замка, мы верные вассалы Хлорингов! Да стой же ты! Тебе никто здесь не угрожает! Ты ранен… Я позабочусь о тебе и дам знать твоему брату… Стой!

– Я должен его убить. – Хрипло сказал Гэбриэл, и в самом деле, чувствуя вдруг, как устал, и как ему больно. – У него мои вещи…

– Не уйдет далеко, не волнуйся. – Элоиза, поддерживая его, только что не терлась о него, как влюбленная кошка, и не облизывала. Вывела его из подвала во двор, и Гэбриэл зажмурился от яркого света. Покачнулся. Руки со сбитыми костяшками распухали чуть ли не на глазах, особенно правая, на которой он ухитрился вывихнуть пальцы. Рыцари и оруженосцы Элоизы спокойно созерцали, как их госпожа обхаживает очередного возлюбленного. Большое дело! Сколько у нее их было, и каждый плохо кончил – надоев Элоизе, почти все они теперь либо червей кормили в каком-нибудь лесном овраге, либо раков в Зеркальном. По-настоящему Элоиза принадлежала только им, своим преданным бойцам, почти каждый из которых был с нею не меньше одного раза. И все, в отличие от официальных амантов, живы, нужны ей и имеют шанс в любой момент вновь обладать ее великолепным умелым телом.