Кто знает, что сотворила бы Элоиза, охваченная обидой и чувствующая себя смертельно оскорбленной. И не узнает уже никогда: во дворе неожиданно появился эльф. Один-единственный эльф Ол Донна, с заплетенными в две косы длинными каштановыми волосами, вооруженный луком и двумя эльфийскими саблями. Людей Элоизы, поспешивших к нему, он смахивал с пути, не глядя, не прилагая, казалось, к этому никаких усилий. Подошел к Гэбриэлу:

– Цел? – Спросил с небольшим акцентом.

– Нормально все. – Ответил Гэбриэл. – Как ты меня нашел?

– Тебе лучше не знать. – Бросил Кину, обводя взглядом двор и останавливаясь на Элоизе, застывшей с рукой, вцепившейся в рукоять домашнего кинжала.

– Я забираю своего племянника. – Сказал ей эльф. Элоиза глянула на окровавленные лезвия сабель и на полупустой колчан, стиснула зубы. Молча смотрела, как они уезжают – эльф свистнул, и в открытые ворота вбежал его каурый жеребец. Через несколько минут ей доложили, сколько человек положил один эльф, добираясь до своего племянника… Элоиза впала в безумную ярость. Молодец Смайли, удружил, привез подарочек! Это после всего, что она для него сделала! Элоиза обладала еще одним «замечательным» качеством: свои заботу, опеку и щедрые подарки она дарила, не считая, практически, навязывала их, но как только остывала, спрашивала за все.

– Объявляй общий сбор. – Стиснув кулаки, приказала она. – Я этого так не оставлю!..

В личных покоях герцога Далвеганского, куда допускались только самые доверенные и преданные слуги, царила почти восточная роскошь. Ковры, китайские шелка, золото, слоновая кость, яшма, мрамор, янтарь, бирюза и лазурит – всё это стоило баснословно дорого. На коврах в гостиной резвились две девочки, нагие, в белых веночках, хорошенькие невероятно. Герцог холил и баловал их, и потому не считал себя грешником; девочки имели всё, что хотели, ему нравилось смотреть на них и слышать их весёлые голосочки. В отличие от брата, он был добрым извращенцем. Одну он звал Хлоя, другую – Дафна. Лёжа на роскошном ложе, покрытом шкурами и шелками, герцог ел сладости из большой золотой чаши, смотрел на девочек, потягивал вино и наслаждался жизнью. На столах, подоконниках, сундуках и шкафах в вазах стояли охапки цветов – роз, лилий, жасмина, насыщающих воздух в комнате ароматами.

«Хлою придётся вернуть Драйверу». – С лёгким сожалением думал герцог. Сожаление касалось не того, что в Садах Мечты девочку, скорее всего, сразу же убьют, причём медленно и очень жестоко. Об этом он вообще старался не задумываться. Сожалел он о себе – Хлоя была самой хорошенькой из его живых игрушек за много лет; смотреть на её личико было настоящим наслаждением. К тому же, девочка была послушной и явно любила своего господина, а это, как ни крути, приятно даже извращенцу. Потому он и тянул – обычно герцог избавлялся от девочек гораздо раньше. А у этой вот-вот начнут расти волосы на лобке, и это уже не шло ни в какие рамки; этого герцог совершенно не выносил. От девочки следовало избавиться – как ни жаль. И он вновь со злостью подумал об отнятой у него Хлорингом девочке. Как там её назвали эльфы?.. Айвэн?.. Ему доносили то и дело, что девочка – копия покойной Лары Ол Таэр, которую герцог видел когда-то и признавал, что она была самым прекрасным существом, ступавшим по этой земле. Что принц Элодисский и вся его семья в девчушке души не чает… Обладать тем, что так драгоценно для соперника и врага – что может быть лучше?! Может, брат и прав, и следует открыто объявить Элодисцам войну? Чтобы отнять свою девочку – свою, чёрт побери! Она предназначалась ему, она принадлежала ему! Хлоринги нагло украли её у него!