– Подумай, медикус. – Вкрадчиво говорил он, пока Доктор, сомневаясь и нервно облизывая зубы, отводил глаза. – Здесь тебе уже ничего не светит. Что тебе твой Драйвер даст?.. Ему самому-то уже жрать нечего. Да и ты, я смотрю, запаршивел у него, прежде-то полощеней был. А у нас тебе все условия будут: и лаборатория, и золото, и почет, и безопасность – Драйвер, придурок, сам себе яму вырыл, и в ней вы все скоро и окажетесь.

– Они меня убьют. – Чуть слышно выдохнул Доктор, решившись. – И Хозяин, и Барр – вы не знаете, какая это тварь! Она чудовище!

– Не посмеют. – Пообещал Кенка. – Как раз у герцога Далвеганского-то ты и в безопасности, ну же! Бросай ты гадюшник этот, – он с отвращением глянул на беременных Саманту и Марту. – Что ты возишься здесь с чухами этими, тебе цены нет, ты можешь так подняться, при герцоге-то, что сам черт тебе не брат будет!

– Вы только меня от них защитите! – засуетился Доктор, приняв решение. В самом деле, что он терял?.. Возможность измываться над безответными девочками?.. так в последнее время это уже не доставляло ему такого удовольствия, как прежде. Зато страшно ему было здесь теперь постоянно, каждую минуту, он и забыл, когда нормально спал, без опиума!

– Разумеется. – Кенка даже покровительственно потрепал Доктора по плечу, хотя вид голого медикуса ему был неприятен: до чего ж несуразная фигура, бывает же! – Ты давай, собирайся, время-то уходит, часики тикают!

Доктор собрался поспешно, но тщательно. Он даже собрал большинство готовых снадобий и ингредиентов, зная, как они дороги и насколько редки. Некоторым образом, но мечты его вдруг сбылись: пусть без возлюбленного Гора, но он станет, наконец, богатым, станет приближенным врачом знатного человека, герцога! А любовник… С его деньгами можно и найти того, кто не отвернется, как Гор, не оскорбит, не плюнет в душу. И пусть он, Доктор, активной стороной быть уже не может, есть ведь и иная возможность… противоположная.

Драйвер не посмел даже слово сказать, узнав, что его Доктор уехал с Кенкой. Барр не было – только она, пожалуй, и остановила бы их! И не успело еще стемнеть, а Доктор уже стоял на палубе «Левиафана», огибающего южные скалы, так ошалев от нежданного счастья, что даже почувствовал себя почти таким же бодрым, полным сил и желаний, как прежде, и с наслаждением вдыхал морской воздух, глядя, как солнце садится в воды океана. В этот миг он верил, что все его несчастья наконец-то кончились, судьба сжалилась над ним, и все у него теперь будет хорошо. И когда-нибудь, – мечталось ему, – он встретит Гора, богатый, прекрасно одетый, с молодым и красивым любовником, и презрительно отвернется, даже не поздоровавшись. Что, несомненно, – почему-то уверен был Доктор, – Гора очень сильно заденет. Даже расстроит.