Глава пятая: Кальтенштайн
Глава пятая: Кальтенштайн
Был момент, когда Гарет подумал, что им конец. Что они попали так, как никогда еще, и, видимо, в последний раз. Даже странно стало: неужели вот так все и закончится, и все, что было, копилось, все везение, невезение, все движения и планы, все удачи и надежды оборвутся здесь и сейчас?.. Это показалось ему таким нелепым, что все внутри него восстало против этой нелепости. Да нет же!
Они попытались, под давлением и эльфа, и Адама, уйти от наступающих корнелитов, большая часть которых были пешими, но изгиб оврага вывел их почти под самые стены Кальтенштайна, небольшой крепости, принадлежавшей Унылому Гансу, знакомцу Гэбриэла и врагу Хлорингов. Здесь их нагнали конные корнелиты, и Хлоринги со своими людьми развернулись к ним и дали бой, все еще надеясь на успех. И успех, вроде, им сопутствовал: и эльф, и Гарет с Фридрихом, и бойцы Адама, косили кое-как вооруженных и не особенно умелых всадников, как траву, не смотря на солидное численное превосходство. Но в какой-то момент это показалось напрасным: с северной стороны мчались, немилосердно грохоча и подскакивая на неровностях старой дороги, фургоны с отставшим обозом корнелитов, почти параллельно им – группа всадников в белых плащах с неразличимыми пока гербами, а сзади, из оврага, нарастая, гремел боевой клич корнелитов. Правда, распознав гербы, Гарет обрадовался, поняв, что это аббат Мильестон, посланный кардиналом по душу Корнелия; пусть людей у него было немного, но все – конные бойцы, хорошо вооружённые и опытные. И в этот миг ворота крепости раскрылись, и оттуда появились всадники во главе с рыцарем с гербом Кальтенштайна. Вот тогда Гарет и подумал, что им конец. И единственной мыслью, которая после этого у него осталась, это – перебить как можно больше врагов, унести их с собой в могилу, крошить и резать, пока есть силы и бьется сердце. Выглядывая самых сильных воинов, он устремлялся к ним, с эльфийским кличем: «Коэн!», сметая на своем пути всех, кто пытался ему помешать. Гарет давно потерял из вида брата, но всем своим существом ощущал, что тот сейчас и думает, и действует точно так же, как и он.
– За Нордланд и Хлорингов!!! – Закричал Мильестон, налетая на корнелитов с другой стороны. Пешие корнелиты с грозным ревом уже бежали со стороны оврага, кто с пиками, кто с длинными крючьями, чтобы стаскивать рыцарей с седел, потрясая разномастным оружием: и топорами, и шипастыми булавами, и фальшионами, и секирами, и даже свинцовыми дубинками, а кто и вилами. «Не справимся». – Понял Гарет окончательно. Он пока не знал подробностей рокового сражения Ардо и его войска с корнелитами, но один взгляд на крючья в мгновение ока нарисовал ему, опытному бойцу, полную картину возможной бойни. Пеших было слишком много, и они были злы и одержимы жаждой покончить с ними. Если бы не Кальтенштайн…