– Ну тогда завтра придешь сюда в начале шестого, – заключил Арвин, возвращаясь за стол, и добавил уже тише (то ли действительно полагал, что Арко не услышит, то ли его это вовсе не заботило): – Рен за тебя просил, вот пускай теперь как хочет, так и вертится.

Арко поклонился с бесконечной учтивостью и быстрым шагом направился к выходу, задержаться здесь хоть на пару лишних мгновений казалось немыслимым. Когда щербатый забор остался за спиной, дышать и то легче стало… Хотя злость никуда не делась. Твою светлость, он не пошел бы на все это, он послал бы в пекло всех, включая хранителя! Да что хранитель, Арко отказал бы в подобной просьбе даже самому Эйверику Аритену! Отказал бы, если б не одно обстоятельство…

Арко прикрыл глаза, вспоминая, как арбалетный болт вонзился в плоть того разбойника на тракте. Сольгре ошибается, а может, просто боится давать надежду, осторожничает… Но ему, Арко, совершенно ясно одно: прислать им подмогу мог только один человек – Рене Сигвальд! Он приказал своим людям держаться незаметно и вмешиваться только в самом крайнем случае: не хотел, чтобы Арко знал о его заботе. Граф все еще зол, может, даже презирает его… Но он все еще остается его отцом.

И вдруг подумалось изгнанному волшебнику, что лишился он только Аннея – Сигвальда его никто не лишал! Так пусть Амат подавится захолустным баронством, раз уж он оказался способен ради этого на подлость и ложь! Пусть забирает. А он, Арко, сделает все: если нужно, то переживет и унизительную службу в страже, и что угодно еще, но он поможет вернуть престол принцу Аритену. И тогда можно будет не скрывать своего настоящего имени! Орвика Аннея больше не существует, он осужден и приговорен к изгнанию, но никто не судил Арко Сигвальда. Эта мысль успокаивала, как ложащийся в ладонь эфес, и, так же как он, придавала уверенности.

Рик Жаворонок. Эверран, столица

Рик Жаворонок. Эверран, столица

Глаза здорово устали, разбирать выцветшие строки и раньше казалось занятием непростым, а теперь и вовсе никакого зла не хватало. Забытое чувство, с самой Траурной зимы Рик его не испытывал. Спасибо, хоть жечь на сей раз ничего не надо! Буквы прыгали, приходилось пережидать, зажмурившись, но хочешь не хочешь, а прочесть старую тетрадь нужно было до утра. Прочесть и незаметно подкинуть туда, где взял: если Нейд ее хватится, отвертеться уже не выйдет. Каким бы лопухом ни был принц Нового Эверрана, а тут и полный дурак догадается! Едва ли Нейд часто заглядывает в потайной ящик, но может ведь и заглянуть…

Вообще-то, незамысловатый тайник в комнате Альвира Рик приметил еще в первый день: один из сундуков снаружи казался немного глубже, чем изнутри, – двойное дно, у вора в таких вопросах глаз наметан. Правда, тогда Жаворонок внутрь лезть не рискнул: ни времени не было, ни особой надобности. Ну что он рассчитывал там найти?.. Тайную переписку с ирейским двором? Смешно. Да от силы любовные послания, до которых ему дела не было.