– Орвик, господин, – глядя в пол, повторил волшебник.

– Это я понял. А дальше?

– Простите?..

Мужчина некоторое время молча разглядывал претендента, потом изволил пояснить.

– Фамилия, титул?

Небо, как трудно, оказывается, произнести эти слова вслух…

– Нет, господин, я ими не обладаю.

– Слушай, малыш, ты мне уши-то не завешивай! Знаешь, что бывает, если врать страже? – скривился Арвин. – У тебя ж на роже три агма родословной намалеваны! И как тебя такого вообще сюда занесло? Казармы гвардейцев на другом конце города!

Проклятье, ведь предупреждал же Сольгре!.. И реальное свое положение лучше не демонстрировать – кому нужен на службе человек, которого даже собственная родня отвергла?! – и врать нельзя. Но ведь как себя ни ломай, за одного из этих людей Арко Сигвальд не сошел бы, Арвин прав: дворянское происхождение написано у него на лбу.

Юноша откашлялся.

– Я… я не лгу, у меня действительно есть только имя. Если вам его недостаточно, прошу меня извинить, – прозвучало резко, гораздо резче, чем следовало, но катись оно все!.. Арко развернулся на каблуках.

– Эй-эй, не надо столько апломба, – Арвин неожиданно быстро оказался за спиной и, бесцеремонно схватив за плечо, развернул к себе. Юноша с трудом подавил желание ударить стражника. – Бастард, что ли?

Сигвальд собирался опровергнуть это унизительное предположение, но в последний момент прикусил язык. Стиснул кулаки и замер, ожидая, что будет дальше. Собеседник отстранился, уселся на стол, даже не удосужившись сдвинуть бумаги.

– Можешь мне характер свой в рожу не тыкать, все, что надо, я выясню. Но раз уж приперся, давай хвались: что умеешь?

Видит небо, хранитель просит слишком многого. Подобные интонации Арко слышал у тех скотов, что напали на них с наставником в трех днях пути от Эверры. Тогда он, не задумываясь, схватился за меч. Сейчас – был искренне рад, что оружия при нем не случилось: в пределах столицы меч могут носить только аристократы, к коим он больше не относился, да стража.

С Арвином не ссорься. Я не знаю, что теперь представляет из себя этот человек, но поверь, его нельзя недооценивать. Можешь ненавидеть его, презирать, но не ссорься, прошу тебя.

Твою светлость, легко было Сольгре говорить!

– Я хорошо владею мечом, господин, преуспел в верховой езде. Сносно стреляю из арбалета.

Собеседник задумчиво пожевал тонкими губами.