– В этом и дело, нельзя безоглядно доверять хранителю. Надо делать собственные выводы, понимаешь? Здесь присматриваются к чужакам, мы не можем просто так ходить по городу, следить, задавать вопросы… Но, будучи стражником, ты такую возможность получишь. К тому же твое поступление на службу объяснит наш приезд в Эверру: сюда многие приезжают в поисках заработка. Люди регента подозрительны, мне не хотелось бы привлекать их внимание. Присматривайся, подмечай… Думай, кто лоялен Альвирам, а кто нет, делай выводы. Пойми, все это важнее, чем тебе кажется. И гораздо опасней. Ошибиться нельзя, иначе погибнешь сам и потянешь за собой и меня, и Орден.

Сольгре все еще был слаб и выглядел нездоровым: тот странный приступ на тракте едва не сгубил его. Меньше всего хотелось сейчас оставлять родственника одного на старом постоялом дворе в нижней Эверре – не приведи небо, это повторится… Или того хуже, кто-то узнает в нем странствующего короля! Но голос наставника звучал непривычно жестко, и Арко не решился перебить.

Подобная ситуация глубоко претила юноше, сама мысль о том, что он, потомственный дворянин, один из сильнейших магов континента, должен будет оказаться среди стражи, подчиняться им, вызывала оторопь. Нет, Арко совсем не считал, что честь и благородство можно измерить длиной родословной или изысканностью манер. Твою светлость, да он воевал бок о бок с людьми, не имеющими ни титулов, ни фамилий, он восхищался ими и готов был, не задумываясь, отдать за них свою жизнь! Но это нельзя сравнивать. В восстании Рене Сигвальда участвовали те, кто взялся за оружие во имя правого дела, кто рискнул всем и бросил вызов черно-серебряному демону. А эверрская стража… По сути – наемники, люди, которые за свое жалование режут и вешают тех, кого им прикажут. Какие тут к бесам убеждения?!

Теперь изгнанный потомок Сигвальдов стоял в одном из помещений казармы и ждал, пока человек за столом скажет свое слово: поручительство Ренена обеспечило ему аудиенцию, но не более. Решение оставалось за господином Арвином.

– Как там, говоришь, тебя звать?

Унизительно и тошно было навытяжку стоять перед зажравшимся предателем, сумевшим после падения Аритенов урвать себе столь высокий пост, но иначе сейчас нельзя… Арвин не понравился волшебнику сразу же. Возможно, Арко был предвзят: все-таки он немало слышал о том, что нынешний командир стражи когда-то сражался в ополчении Сивера, он даже был под Тавой… А теперь вот ест из рук графа Ивьена. А может, дело в его манере речи, в которой так явственно читалось превосходство?