– Да, ваше высочество. – Он наклонил голову и пошел передавать приказ.

До темноты отряд успел преодолеть те самые двадцать аттов и остановился на ночлег аккурат на том же месте, где ночевал в прошлый раз. Вид свежих кострищ настроения десятнику не поднял: обдираться о колючки и спотыкаться на колдобинах – это еще ничего, но, когда по второму кругу… Нет, это уже слишком.

Ливень не прекращался, еловые ветки над краем поляны были недостаточным укрытием, а другого не было вовсе: шатров с собой не брали, ехали налегке. Промокший плащ не спасал тем более.

Ребята были вымотаны до крайности, но пока еще духом не падали, отовсюду привычно долетали обрывки разговоров и дружный хохот. Как ни крути, во многом это было заслугой принца, который держался спокойно и даже весело, несмотря на тяжелые условия и подсунутую дорогой подлянку. Его улыбчивое лицо придавало стражникам хоть какую-то уверенность. Все же принц в ситуации разбирается лучше прочих: он же и карту читать умеет, и с тактикой знаком… С такой довольной рожей на смерть не идут, а значит, все не так плохо – логично же? Ну это остальные, вероятно, так рассуждали, сам-то Ренен никаких выводов пока не делал.

Распределили дежурства на ночь. В первую смену пришлось назначить новичка: тот еще не стоял часовым, и это начинало выглядеть скверно, словно десятник ему не доверяет. В принципе, так оно и было, поэтому себе Рен взял ту же смену – на всякий случай. Во-первых, проследить, чтоб новичок ничего важного на посту не прохлопал, а во-вторых, нужно же хоть какой-то контакт с ним налаживать? Понять, чем дышит, чего хочет от этой службы…

Впрочем, о последнем Рен как раз догадывался: Орвика в стражу он рекомендовал сам по приказу хранителя. Стало быть, тот либо состоит в Ордене, – и тогда здесь он выполняет какие-то его распоряжения, – либо хранитель еще только собирается Орвика вербовать. В любом случае помогай им небо с такими союзничками!.. Но разговорить его все равно надо.

Болтовня у костров прекратилась бесовски быстро, ребята засыпали на полуслове. Понятное дело, с такими-то маршами… Орвик сидел, молча вглядываясь в ночную темень, кутался в плащ. К костру при этом не лез, молодец… Часовой у костра – штука абсолютно бесполезная: его за несколько десятков агмов видно, а сам он не видит дальше вытянутой руки.

Рен опустился рядом с ним на ворох лапника и протянул походный кубок, наполненный все тем же отваром. Тот пригубил – изящно, неторопливо, словно ирейское из тонкого хрусталя.

– Благодарю, господин десятник, – кивок и вежливая улыбка. Ну хоть не отказался.