Сигвальд протискивается между камней, пользуясь растерянностью противников, и оказывается на клочке берега, с двух сторон огороженном каменными зубцами. С третьей – грохочет Убийца. Твою светлость, как на центральной площади в базарный день: места мало, народу полно – не протолкнешься!..

Пробились на свою голову, теперь никуда не денешься. А на каждого стражника едва ли не по двое противников, да еще луки – знай вертись, как ветряная мельница! Впрочем, если вначале собственное поражение казалось неминуемым, то теперь ситуация хоть немного выправилась – во всяком случае, вражеским стрелкам, засевшим в отдалении, приходилось невесело: попробуй постреляй в такой толчее. А вот четверо стражников, отосланные Апьвиром на тот берег, могли целиться в спины разбойникам вполне успешно.

Твою светлость, а принц-то хорошо рассчитал. А уж как в бой врубился!.. Краем глаза Арко видел, что тот все еще умудряется балансировать на узкой кромке одной из глыб, перетягивая на себя изрядную долю противников. Казалось бы, такую мишень должны были продырявить в первые же секунды, но принц умудрялся постоянно перемещаться. Да к тому же расположился он удачно, против солнца, – а оно будто специально выглянуло впервые за много дней.

Сигвальд всеми силами пытался пробиться к нему: понимал, что долго черно-серебряный не продержится и дорога ему с этих глыб одна – на тот свет. В любое другое время волшебник счел бы, что там ему и место, но не теперь. Именно в эту секунду юноше было неважно, кем является Лиар Альвир, важнее казалось другое – то, за что он сражается. Разбойники и душегубы, убивавшие мирных людей, насиловавшие женщин, – это всегда враги, и что бы там ни говорил Сольгре, их место в пекле! А если так, Арко невольно оказывался на одной стороне с эверранским принцем. Это ненадолго, всего на один бой, и все же.

Впрочем, собственная жизнь Сигвальду не принадлежала – только Эверрану и принцу Аритену, – а потому всерьез подставляться, прикрывая Лиара, он не будет.

Юноша наконец сумел достать оказавшегося на пути разбойника выпадом в горло – выиграл пару шагов. Не так плохо, тут за каждый альм приходилось сражаться… Справа маячил гибкий силуэт Ренена – десятник заметно превосходил тех, с кем Арко довелось сразиться в казармах, похоже, господин Орил действительно занимался образованием сына. Кто знает, может, виконт вообще готов однажды признать Ренена, может, любит его и прислушивается к нему. Если так, то десятник однажды смог бы представить Арко отцу и госпоже Аяне – нет, понятно, что никакого согласия на брак виконт пока не дал бы, но хоть посмотреть на нее еще раз, заговорить…