А теперь он ставил под сомнение волю хранителя. Рик все-таки безумен – надо же, а Сигвальд прежде считал его расчетливым и циничным…

И снова Арко не сумел заставить себя возражать. Может, он и сам уже не в своем уме? Скорее всего, потому что Рик Жаворонок сейчас озвучивал его собственные мысли – те, в которых Арко прежде не смел признаться даже себе самому.

– И что ты предлагаешь? – спокойно, ровно… Нельзя выдать всколыхнувшихся чувств, это ведь может быть обычной провокацией. Нет, не ловушкой, устроенной регентом: какие ловушки, если Рик и так знает достаточно, чтобы упечь Сигвальда в замковые подвалы, а там разговоры ведутся совсем иначе. Но вот сам хранитель вполне мог проверять его благонадежность.

Рик вопрос проигнорировал и задал собственный:

– Ты знаешь, что через четыре дня небо осветит огненная комета?

А вот теперь Сигвальд все-таки вскочил, навис над Жаворонком. Точной даты юноша не знал: астрологи Великого Феникса, говорят, как-то вычислили ее, но записи эти не сохранились. Даже Сольгре знал только год, но не день! И откуда бы Рик оказался столь осведомлен?!

Но спросил Сигвальд совсем другое:

– А какое мне дело, когда она появится, твоя комета?! А тебе? Или может, ты веришь в пророчество? Думаешь, что Эйверик Феникс с ее приходом разнесет континент?!

Если так, то перед Арко сейчас сидит не союзник, а враг. И пришел он для того, чтобы сговориться против Ордена и законного короля.

Но Рика перекосило так, словно он залпом хватил кувшин той жуткой настойки, что сам Арко был вынужден пить последнюю неделю. Тоже вскочил было, но, взяв себя в руки, уселся обратно.

– Чушь не мели, – буркнул он. – Что бы я делал в Ордене, если б верил?.. Если хочешь знать, я думаю, Отступник это все специально устроил, чтоб Фениксов извести. Он ведь действительно видел будущее, наверняка знал, чем это пророчество для них обернется! Вон как ловко вышло: сам четыреста лет как в пекле, а все равно умудрился отомстить руками Эверранского Волка.

– Тогда к чему ты клонишь? – Арко снова опустился на пол.

Рик взъерошил свою неопрятную шевелюру, побарабанил пальцами по колену.

– Ну что-то же он там углядел! И Комета Огня действительно связана с Фениксами, это и сам Эскиль знал, иначе не поверил бы Отступнику. И если новый наследник Фениксов узнает, что Эскиль видел в тот день, представь, как это могло бы ему помочь! Уберечь от ошибок, дать подсказку, не знаю… – Он посмотрел на Сигвальда, но тот больше не перебивал, ожидая, куда свернет разговор. Впрочем, невероятная догадка уже заставляла что-то внизу живота скручиваться в узел – то ли от страха, то ли от нетерпения, поди разбери. И судя по следующему вопросу Жаворонка, она оказалась верной: