Третий удар отбросил безголового в галерею, чуть не размазав меня по стене. Ушибая ребра, я перекатилась по острым камням, проползла вперед. Рука нащупала тело Зашари, которое растянулось на том месте, где его сразило привидение. Я слышала, как оно поднялось за спиной, чтобы атаковать меня вновь… Франсуаза обрушилась на него в четвертый раз. Вскоре истошный рев преследовательницы перешел в тонкий, еле слышный вой. Вероятно, монстр душил девушку, чтобы покончить с ней, а потом свести счеты со мной.

– Жанна? – раздался слабый стон.

– Заш! Ты жив!

– Моя… моя шпага.

– Не время искать ее!

Не успела я договорить, как низкий аккорд сотряс галерею, смешавшись с хрипом агонии Франсуазы. Звуки сонаты, мощные, близкие, означали наступление ночи… Вампир должен скоро проснуться.

– Стерлинг! – крикнула я, задыхаясь, в потемках ощупывая пустоту.

Его рука поймала мою:

– Я здесь, Жанна.

Ничего не пришлось объяснять вампиру, он мгновенно оценил ситуацию, помогая мне встать. Зашари – молодая, живительная сила природы, уже был на ногах. С пробуждением Рейндаста мы приобрели зрение, с музыкальным сопровождением сонаты – компас.

Наша сумасшедшая гонка возобновилась. Держась за руки друзей, я не обращала внимания на острые камни, раздирающие ступни. Мчаться! Навстречу музыке! Только это имело значение. Наше сбившееся дыхание смешалось с длинными аккордами, такими же завораживающими, как у неутомимой джиги. Ноты вели нас, призывали к себе… манили. Не проблеск ли огня мелькнул впереди? Ну да, бледный свет. Усиливающийся с каждой секундой. Безумная надежда добраться до поверхности подарила чувство головокружительного полета.

Внезапно галерея расширилась, открыв экстраординарное пространство. Широкий скалистый амфитеатр не более ста метров в диаметре напоминал тот, где сирены удерживали нас в плену в течение месяца, только без скалистого небосвода. В отверстии круглой высокой отвесной скалы, окружающей нас, уверенно сверкали настоящие звезды.

Я догадалась, что мы находились в потухшем кратере вулкана, венчавшем Клык Смерти, скале, затерявшейся посреди Атлантики. Лучи горбатой луны выхватили большой дом в центре впадины, невидимый со стороны моря.

Сюрреалистичное зрелище жилища, одиноко стоящего в бесплодном, без единой растительности поле черной лавы, ошеломило, как и исходившие из него звуки утерянной сонаты, которую давно и тщетно искал Бледный Фебюс.

24 Атанор[172]

24

Атанор[172]

Последний аккорд сонаты наполнил погруженный во мрак кратер волшебным эхом. Едва завершился этот музыкальный отрывок, как за нашими спинами раздались звуки нового, с таким же торжественным темпом. То была поступь тяжелых ботинок Тристана, которому наконец удалось освободиться от Франсуазы. Я подозревала, что его появление – всего лишь вопрос времени.