Мы обменялись тревожными взглядами: воин, лишенный своей шпаги, ослабевший вампир и девушка в тунике вместо доспехов. Не было никаких шансов осилить непобедимого монстра, преследовавшего меня. Единственное возможное спасение – жилище посреди небытия, хотя его кирпичные стены и окна с деревянными ставнями – слабая защита от штурма призрака. В едином порыве мы бросились к дому. Каменная арена так огромна, а убежище так далеко! Я обратила внимание на останки морских животных, усеявших окрестности: кости больших рыб, лучи плавников, белесые хрящи. В голове зажужжали вопросы: не плоть ли водоплавающих дымилась в камине? Кто мог жить в этом отдаленном от всего мира пристанище? Вспомнилась сказка «Три медведя», любимая еще со времен детства. В доме нас встретят медведи? А может, кто-то еще? Похуже?

Зашари первым добрался до жилища и заколотил в дверь:

– Откройте!

Раздался оглушительный грохот, будто небеса обрушились на нас: удары юноши разбудили колонию летучих мышей, гнездившихся под крышей. Десятки ночных животных, крупных, размером с собаку, взметнулись в небо. Они кружились над нашими головами, звонко хлопая перепончатыми крыльями.

Стерлинг в свою очередь с силой забарабанил по толстой деревянной панели:

– Откройте! Именем королевы Англии! Она не забудет вашу гостеприимность! Королева Англии щедро вознаградит вас!

Однако дверь оставалась герметично закрытой. Пока мои товарищи без устали стучались в дом, я развернулась, чтобы лицом встретиться со своей судьбой: Тристан пришел за мной, а не за ними. Монстр находился на полпути к убежищу. В лунном свете я увидела то, что угадали мои пальцы в недрах скалы: тело, покрытое ракушками… мох, разросшийся на плечах… ботинки, за которыми волочились длинные нити склизких водорослей. Если недавно абсолютная темнота грота внушала страхи, то сейчас наружность привидения странным образом успокоила меня. Тело без головы не излучало ненависти. Тристан – машина, безусловно неумолимая, но, по сути, такая же, как шестеренки часов. Нельзя обвинять часы за то, что они показывают время, – если мое пришло, значит, так тому и быть.

Я закрыла глаза. Хруст механической походки призрака смешался с исступленным штурмом двери моими друзьями. Синкопированный ритм[173] инстинкта смерти и желания жить… который внезапно оборвался.

Озадаченная, я открыла глаза. По неизвестной мне причине Тристан замер недалеко от меня. За моей спиной умолкла барабанная дробь кулаков. Дверь отворилась, застонав на петлях. Я медленно развернулась к входу. На пороге из вулканического камня в квадрате света, отбрасываемого горящим камином, стояла высокая фигура в длинном платье – панье[174]. Контражур обозначил силуэт весталки и контур длинных волос.