Некоторые члены Совета неоднократно намекали, как неразумно доверять детям предателя, но Алвис и Арэя по настоянию короля вернулись в Совет. Они также оставались военачальниками Элиаса и за несколько месяцев выстроили мощную оборону вокруг Северного леса.

С Арэей его отношения наладились. Но только дружеские. Ответственность за судьбу двух народов отнимала все время, и о личной жизни Кит старался не думать. Духи свидетели, каких усилий стоит ему скрывать свои чувства и нестерпимое желание прикоснуться к ней.

Арвид, Оддвин и старейшина Асвальд по-прежнему сидели в темнице, осужденные на заточение до конца своих дней. Алвис и Арэя на суде не присутствовали и со дня заседания не виделись с отцом. Их злость возросла еще и потому, что мать отказывалась покидать покои и вот уже полгода по собственной воле жила точно пленница. Они винили отца не только в содеянном, но и за то, что он обрек жену на такую участь.

Без кого бы Кит точно не справился, так это без Кьелла. Он не мешал и не ограничивал его во власти, всегда был рядом, чтобы помочь, дать совет и направлять. Опыт правления длиной в тысячи лет ничем нельзя было заменить. Особенно когда прибыли оставшиеся в живых жители Черных гор и Киту пришлось вооружиться немалым терпением, чтобы убедить мальнов, темнорожденных и светлорожденных, попытаться жить сообща.

Это оказалось не так просто. Жителей расселили в разных частях города, а границы для охраны разделили между армиями светлых и темных. Верховные старейшины также заняли разные обители: Радвальд остался со своим орденом в западной, или, как все ее теперь называли, Белой башне, а Хэвард с юными учениками разместился в восточной – Темной башне.

Существенно расширился и состав Совета, где тоже дела обстояли не так гладко. Кит понимал, что рано или поздно число советников придется сократить вдвое, но требовалось время, чтобы вычислить сторонников Арвида, а они пока ничем не выдали своей приверженности бывшему наместнику.

Организовали также и круглосуточный патруль по городу, потому что нередко возникали стычки между жителями. Труднее всего оказалось заставить светлорожденных поверить в то, что Кьелл неопасен. Большинство до сих пор сворачивало на другую улицу, если он находился поблизости. Но чаще всего тот проводил время либо у себя в покоях, либо в башне старейшин и редко покидал дворец.

Кит догадывался, что истинное состояние Кьелл прятал за маской ледяного спокойствия. Он скорбел по Черным горам, скорбел по своему другу и главному советнику Талену. Его обнаружили среди обломков замка, и хотя он не погиб, но и живым советника нельзя было назвать. Кьелл не знал, что с Таленом сделали смерглы: тот будто находился в магической коме, и все попытки исцеления без магических сил были тщетны.