Ситуация казалась безвыходной: ни спрятаться, ни убежать. Полный затык. Но последний вариант больше всего давал времени подумать, поэтому смертник раз пять его использовал, прежде чем в очередной раз сменил тактику.

На следующем пробуждении в королевской кровати и практически сразу кинувшийся бежать со скомканной рубахой в руках, он затормозил у входных дверей, ожидая появления в них Ришелье с мушкетёрами. Этих образовавшихся свободных секунд хватило на принятие нового решения.

Загнанный в угол любовник не стал готовиться к тарану и прорыву, а, метнувшись к дальней от кровати створке, просто спрятался за тяжёлой шторой, непонятно для чего тут висевшей. В голове возник довольно простой, но вместе с тем многоходовый план поэтапного ретирования от облавы.

Троица влетела как пописанному. Левая створка несильно, но ощутимо ударила через плотную ткань спрятавшегося развратника. Дима успел поймать её за ажурную ручку и прикрылся створкой, как щитом.

Прозвучал вопль Ришелье, отыгрывающего роль Отелло. В это время рогоносец с парным сопровождением выстроились у балдахина Марии Медичи, каждый по-своему пожирающий офигевшую спросонок королеву. Естественно, и не думая осматриваться по сторонам.

Этим Дима и воспользовался. Он тихонечко выскользнул из-за двери, прошмыгнул в коридор и тут же вновь укрылся за портьерой, так же симметрично висевшей с обеих сторон от распахнутых створок. В спальне тем временем начался обыск, судя по топоту сапог, мечущихся из угла в угол.

Вот только продолжался обыск всего считанные секунды до того момента, как Её Величество соизволило, наконец, окончательно проснуться и прийти в себя от вакханалии, творившейся в её спальне.

— Пошли вон! — в ярости взревела королева-мать, вкладывая в свой праведный рёв такую ментальную мощь, что всю троицу, словно порывом ураганного ветра сдуло, выбросив незадачливых сыскарей обратно в коридор.

Ришелье громко и часто дышал, как разъярённый бычок на корриде, стоя сразу напротив захлопнувшейся перед его носом двери, что являлось явным участием в этом старой Сюзанны. Не королева же нагишом за ними дверь закрывала. Мушкетёры тупо топтались за спиной шефа, сделав озадаченные морды вместо обозлённых.

С минуту герцог сверлил глазами закрытые створки, а затем, видимо, что-то смекнув, махнул рукой и, зло скомандовав: «за мной», быстрым шагом двинулся по коридорам и сам уходя и уводя своих убийц-мордоворотов.

Дима тут же пришёл к однозначному выводу, что по закону подлости Ришелье сейчас кинется в его конуру, непременно посчитав именно его автором раскидистых рогов на своей герцогской голове. И поэтому, недолго думая, вновь осторожно проник в спальню.