«Президент готовит для меня красочную смерть на глазах у всего народа, потому что ему нужно сделать из меня пример, чтобы припугнуть других мятежников».

– Не думай, что мне это доставляет удовольствие. Я лично очень многое вложил в развитие твоего потенциала. Я знаю, что означает это твое молчание.

«Да уж конечно знаешь».

– Я согласен, – говорит Джек. – Попросите его остановить бомбардировку и скажите, в какой день и в какое время я должен быть в Абудже.

– Он ждет, что до конца этого дня над твоим особняком поднимется зелено-бело-зеленый флаг, и тогда он пришлет за тобой транспорт.

– Уверен, что флаг мы где-нибудь откопаем.

– Джек, ты поступаешь правильно. Я…

Джек обрывает разговор.

– Лора, – говорит он.

– Сэр. – Лора ожидала за дверью. Она одета в черное в знак траура по своему писателю.

– Я хочу кое о чем тебя попросить.

– О чем?

– Я хотел бы использовать малую часть твоей памяти для хранения документов, которые должны быть обнародованы при определенном условии.

– Каком?

– Смерть от неестественных причин, даже если эти причины будут законными.

– Такими, как казнь?

– Именно.

С воздухом за спиной у Лоры начинает твориться что-то странное – будто стремительно сгущаются грозовые тучи, или разбросанное конфетти собирается воедино в обратной перемотке; в пустоте возникает и постепенно заполняется деталями контур человеческой фигуры.

– Что это? – спрашивает Джек.

Лора оборачивается, но, судя по всему, ничего не замечает.