Светлый фон
– Cilvēka, nevis paša kultūras attēlojums vienmēr būs subjektīvs, lai cik objektīvs būtu autors vai novērotājs. Pat antropolog“ ijā ikdienas lasītājs atzīmē pakāpenisku objektivitātes pieaugumu gadu desmitiem. Paraugu un metožu izaicinājums un pretprasība ir norma. Margaret Meads darbs Samoā (agrāk Rietumsamoas salā) kādreiz tika uzskatīts par sēklu. Esmu šeit dzīvojis un, lasījis citas etnogrāfijas, vislabāk esmu teikusi, ka laiks ir laiks. Napoleons Chagnons uzskata, ka Yanomamö ir kara vārds, ir vienlīdz atvērts izaicinājumam. Eriksens sacīja, ka sociālās / kultūras sistēmas apraksta veidam jābūt atkarāgam no savas interesēm.

– Я понятия не имею, что ты…

Мир вокруг него снова рассыпается.

Держись

Пытайся

Контролировать

Падение это

Он хватается за ветку дерева и повисает на вытянутой руке. Вокруг него – джунгли… и обезьяны всевозможных видов… тихие, неотрывно глядящие. Где он видел это раньше? Почему он думает об этом сейчас? Кааро почти вспоминает когда

Снова пустота

Это

Это

Вот что такое смерть в ксеносфере. Падение.

«Я не хочу умирать».

Глава тридцать девятая Аминат

Глава тридцать девятая

Аминат

Аминат

Целая куча сраного оружия, с которым Аминат не умеет обращаться, и ни одного солдата, потому что они все разошлись по домам, – вот с чем ей приходится работать. Растение стало еще больше, а пушки, судя по тому, что ей говорили, против него бесполезны. Она беспомощно стоит. И думает. Ну ладно, не думает, просто беспомощно стоит и предается унынию. Потом несколько раз стреляет из своей винтовки, и пули отскакивают от лоз, даже не оцарапав наружный покров. Она пробует разрывные пули, плазму, химические заряды – бесполезно. Нулевой результат.

На улице стоит четверка реаниматов, безвольных, пустых; херувимы пикируют с неба, вцепляются в них и уносят вглубь растения. Реаниматы не сопротивляются. Все логично: Бейнон растет, а для роста нужно питание.

Потом два херувима бросаются на Аминат. Она стреляет в них зажигательными пулями. Они продолжают лететь, лишившись голов. Она вновь стреляет, рассекая их пополам. Они падают, но все равно продолжают корчиться.