А затем к нам вышел кийрам, пришедший с Улбахом. Он кивнул ягирам и мне, после посмотрел на рырхов и одобрительно хмыкнул. Звери, незнакомые с ним, застыли в напряженной позе и принюхивались.

– Мейтт, – позвала я, когда маленький вожак ощерился в оскале, – нет. Это друг.

Рырх тихо заворчал, но скалиться перестал. Слово «друг» было ему хорошо знакомо и понятно.

– Где Улбах? – спросила я, просто чтобы нарушить молчание.

– Ждет, – ответил кийрам. – Мы выследили стадо табов, хорошая будет охота.

– Табы? – удивилась я. – Может, для начала кого-то поменьше и помедленней? За Чоктаром видели стаю кайбахов, они более подходят малышам…

– Скучно, – только и ответил охотник.

Он развернулся и исчез за кустами, оставив меня хлопать ресницами в изумлении.

– Скучно? – переспросила я. – Что значит «скучно»?

– Охота на кайбахов скучная, – пояснил Берик. – За табом еще побегать нужно, это веселей.

– Просто обхохочешься, – проворчала я и последовала за Эгченом, уже шагнувшим за кийрамом в густой кустарник.

Тут стоит ненадолго отвлечься и рассказать о тех, на кого нам предстояло охотиться. Таба можно было бы сравнить с оленем, только сложение помощнее, и у него не было красивых ветвистых рогов. Рога табов напоминали двузубую вилку, только зубцы имели почти прямой угол. Они тянулись от висков ко лбу, почти прилегая к голове, а поднимались вверх сантиметрах в тридцати ото лба. Такое украшение имели и самцы, и самки. Разница между полами была, пожалуй, только в росте, и то незначительная. Окрас они имели коричневый, без пятен и подпалин, глаза круглые, черные, вот, пожалуй, и всё. Теперь можно вернуться к нашей охоте.

За порослью мы обнаружили небольшую полянку, на которой восседал, скрестив ноги, сам Улбах. При нашем появлении он встал и широко зевнул, разумеется даже не подозревая о правилах хорошего тона, ну и я вспоминать и ужасаться не стала. Этикет в Белом мире еще не придумали. Хочет зевать, пусть зевает на здоровье, лишь бы рот не порвал… Но я отвлеклась. Впрочем, это от волнения, вновь снедавшего меня.

– Милости Отца, вожак, – сказала я, приветствуя кийрама.

– И тебе, каанша, – ответил Улбах. – Хороший день для охоты.

– Что мне нужно делать? – спросила я о том, что меня сейчас волновало более всего.

Мы обсуждали, как будет проходить охота, но в общем, а хотелось знать частности, и как можно подробнее. Тем более, как только что выяснилось, охота охоте рознь. На кайбахов скучная, на табов суетливая. Так что выяснить весь порядок мне было необходимо.

– Побежишь с нами и поведешь рырхов, – ответил вожак, – а когда придет время, отправишь их к добыче. Мы раним таба, чтобы запах крови раззадорил рырхов и чтобы зверь не смог далеко убежать. Они поймут, что им делать. А ты уже не сдерживай их, пусть нападают, пусть ощутят радость охоты и вкус теплой плоти. Хайнудар не оставит их своей заботой и помощью. Идем.