Едва мы переступили порог и нас заметили, в комнате наступила тишина. Девочки, округлив глаза, спрятались за мать, а Хасиль, проведя ладонью по лбу, выдохнула:

– У-уф.

– Милости Отца, свояченица, – приветствовала я женщину. – И вам, дети.

– Милости Отца, каанша, – ответила Хасиль, вдруг став настороженной. – Зачем пришла?

Вышло несколько недружелюбно, но я не обиделась, понимая, что сейчас это просто тревога. Мои визиты пока для Хасиль хорошо не заканчивались, и потому она не знала, чего еще ожидать.

– Мне подумалось, Хасиль, что ты слишком много сидишь дома, – ответила я. – Идем с нами. Мы хотим прогуляться и тебя с дочерями пришли позвать с собой.

– Мы не пойдем, – тут же ответила вторая жена. – Нам и дома хорошо.

– Мы это услышали еще во дворе, – улыбнулась я и направилась к ней. Рырхи, не желавшие оставаться на месте, шагнули за мной. Хасиль, испуганно охнув, инстинктивно раскинула руки, закрыв дочерей.

– Мейтт, останьтесь, – велела я.

Маленький вожак поднял кверху морду, но стоило мне сделать следующий шаг, и звери последовали за мной.

– Стоять! – рявкнула я.

Хищники посмотрели на меня все вместе, но когда Бойл сдвинулся с места, Мейтт зарычал – поняли. Мне подумалось, что надо заниматься с ними не только как с рырхами, но и собаками. Может, толк и выйдет. Однако желанный итог был достигнут, и к Хасиль подошла я одна, впрочем, звери были всего в паре шагов позади. Потому вторая жена так и не спустила с них взгляда. И теперь я уже встала так, чтобы скрыть своих подопечных за спиной, и взяла женщину за руку.

– Хасиль, не упрямься, – мягко заговорила я. – Мы одна семья, ни к чему прятаться за закрытыми дверями. Вокруг твои земляки, рядом живут родители, а ты сидишь на подворье, будто никого в Иртэгене не знаешь. Даже Эчиль стала своей более, чем ты.

– Не пойду, – буркнула женщина. – Чтобы пальцем тыкали? Не хочу.

– Чепуха, – отмахнулась я. – Люди Зеленых земель быстро забывают обиды и чужие ошибки. Улыбнешься, поздороваешься и сама увидишь, что они готовы принять тебя. Погляди на меня, я ведь вовсе не из тагана, но любой не откажет мне, если я захочу заговорить. И так было до того, как я стала женой Танияра. Идем, не бойся.

Хасиль помолчала. Она бросала на меня взгляды исподлобья, но все-таки отрицательно покачала головой, так и не решившись.

– Мы уйдем, а Айдын и Найни опять станут делить куклу, – заметила я. – Они очень громко спорят… – многозначительно замолчав, я заглянула второй жене в глаза. Она протяжно вздохнула, но всё еще не решилась, и я заговорила более строгим тоном. – Довольно прятаться, Хасиль. Ты свояченица каана, твои дочери – племянницы каан. Неужто ты собираешься продержать их подле себя всю жизнь? Кем выйдут они к людям? Дикарками? А ты сама? Жизнь пройдет за воротами подворья, пока жалеть себя будешь и бояться. Собирайтесь – и идем гулять. Довольно себя наказывать.