– Почему ты говоришь это? – спросила я, надеясь, что голос не подрагивает от волнения. – Танияр, сын Вазама, немедленно ответь мне, почему ты сказал эти слова? Ты… ты прощаешься? Завтра что-то случится? Танияр!

Он в изумлении приподнял брови:

– Ашити, дочь Ашит, скажи мне, что может случиться, когда всё уже случилось? Объединенное войско пересекло нашу границу и идет по Зеленым землям. Они желают забрать таган, мы – защитить его. О чем ты меня спрашиваешь? – Он вдруг улыбнулся и поднял указательный палец вверх: – Верно. Ты спрашивала, что случилось с Мангаем и после него.

Я в возмущении открыла рот, собираясь возразить. Теперь Мангай интересовал меня в последнюю очередь. Он уже стал прошлым, и предчувствие надвигающейся беды затмило все события, связанные с брошенным поселением. Однако я не спела произнести ни слова, потому что губы мне накрыла ладонь Танияра. Я протестующе замычала, но каан, цокая языком, укоризненно покачал головой и произнес:

– Нельзя так, свет моей души. Если спросила, слушай ответ, иначе твои вопросы перестанут слышать. Ты хотела узнать о том, чего не видела. Я готов рассказать. – Мне пришлось покориться.

Мангай стал третьей ловушкой, приготовленной врагу. Самой большой и самой коварной. Войско союзников было велико, и в небольшом поселении всем места не хватило, да и было бы неразумно оставить за воротами противника, который уже показал – играть по правилам он не намерен. Потому в Мангай въехали кааны и только треть воинства. Остальные разбили стан с наружной стороны крепостных стен.

Как уже было сказано, войску совсем не досталось провианта. После нелегкого пути, ознаменовавшегося первыми потерями и промедлением, это открытие доброго расположения духа захватчикам не добавило. Впрочем, это были воспитанные на трудностях и лишениях люди, потому убиваться и стенать они не стали, и в лес отправилось несколько групп охотников, чтобы набить дичи.

А за ними последовали другие охотники, чьей дичью были люди. Не только кийрамы, но и ягиры Зеленых земель. Их охота была удачнее. Звери, на радость духам-близнецам, остались нетронуты. Елган и Налык так и не дождались добычи, но получили головы своих воинов, впрочем, не сразу. Прежде успела сгуститься темнота, и запылали костры.

Ягиры отправились на поиски пропавших охотников. Далеко заходить в лес не рискнули, только несколько человек отошли от лагеря. Исчезли и они. Остальные кричали на границе света и тьмы. Лес безмолвствовал. Наверное, не опасайся люди гнева духов, подожгли бы его вместе с теми, кто прятался в ночи, но страх перед Высшими Силами был велик, и огонь не коснулся ни единой ветки.