Теперь я поняла, что будет завтра. Охнув, я прижалась к супругу. Он заботливо обнял меня, а после, мягко сжав подбородок, приподнял мою голову, чтобы заглянуть в глаза.

– Танияр… – начала я, но каан опять накрыл мои губы кончиками пальцев:

– Не бойся, свет моей души, я был осторожен эти два дня, не собираюсь нарушать обещание и дальше.

– Их так много, – прошептала я. – Так много…

– Уже гораздо меньше, – улыбнулся Танияр. – Они голодны, мало отдохнули и злы, а голод, усталость и злость – плохие спутники в бою.

– Но их всё равно больше, – с мукой произнесла я.

– Ашити, ты не веришь в меня? – с удивлением, в котором ясно читалась ирония, спросил супруг.

Открыв рот, чтобы возразить, я снова его закрыла и нахмурилась. Нет, я не сомневалась в своем муже, но…

– Милый, – вновь вскинув голову, заговорила я. – Будь со мной честен, прошу. – Вот теперь его удивление стало искренним, но Танияр кивнул, и я продолжила: – Ты клялся вернуться ко мне, ты солгал?

– Я когда-то лгал тебе? – без улыбки спросил меня в ответ каан. – Поясни, почему ты решила меня оскорбить.

– Оскорбить?! – воскликнула я. – Ни в коем случае, жизнь моя! Оскорбить тебя я не посмею даже мысленно, – сжав его ладони, жарко ответила я. – Но сегодня Эгчен, желая успокоить меня, как ему думалось, сказал, что вы соберете столько жизней, чтобы до Иртэгена доехала лишь малая часть чужого войска. И без пояснений было ясно, о чем он говорит. Вы падете! – вновь воскликнула я и, сама себе зажав рот, замотала головой. Нет! Даже думать об этом не хочу, не хочу! А затем, порывисто прижавшись к нему, я сказала: – И если это так, то ты лгал мне из желания успокоить. Только, если ты не вернешься, я последую за тобой. Я говорила тебе это, повторяю снова. Таково мое решение. Не хочу без тебя…

Руки Танияра сомкнулись на моей спине, ладонь скользнула кверху, и пальцы зарылись в волосы. А после он прижался щекой к моей макушке, и я услышала:

– Никогда не обманывал тебя и обманывать не буду. Я иду навстречу Елгану и Налыку не умирать, я иду остановить их. – Подняв голову, я заглянула ему в глаза. – Ты говорила, что наша жизнь еще может быть долгой и счастливой, я хочу сделать всё, чтобы прожить ее. Попасть в Белую долину почетно, но теперь мне ближе помыслы язгуйчи. Я не рвусь к пращурам, Ашити, моя душа летит туда, где ей светит огонек надежды, а горит он только рядом с тобой. Ты – мой свет, Ашити, и я сделаю всё, чтобы огонек не угас.

– Ох, Танияр, – вздохнула я, но уже без надрыва.

Он улыбнулся.

– Завтра тебе захочется быть со мной рядом, но я снова прошу тебя этого не делать.