— Ты не мой человек, Рихард, я вообще часто не понимаю, чей ты. Ты даже не свой.

— Это всё, что ты хотел мне сказать?

Реал-капитан в ответ досадливо дёрнул головой.

— Нет. Я дам разрешение на подобный состав, раз уж ты сумел обойти ограничения совета миссии и медицину, тем более что дело скорее всего вообще не стоит нашего вмешательства, но я сперва должен был посмотреть тебе в глаза.

— Посмотрел?

— Рихард, не подначивай меня, я разрешил, я и запрещу, ты у меня вообще никуда не полетишь, и даже в Десант тебя не возьмут.

Оба молча уставились друг на друга злыми глазами. Каменнолицего Рихарда тоже, кажется, задело.

— Выговорился?

— Выговорился. Мы с тобой уже тридцать лет в одной команде, Рихард, и ты до сих пор полевой сержант, а я вот, засел в кресло, но ты ни разу ты меня не подводил, только поэтому я вообще начал этот разговор.

— Так чего же ты хочешь от меня? Только без экивоков — чётко и по делу.

— Мне кажется, что ты чего-то себе задумал. Не знаю, что именно, но эта история с Гретхен мне не нравится. Так вот, не перебивай, если ты вздумаешь втянуть в эти дела ребят из «Катрада»…

— Пф, «ребят». Ковальскому пятьдесят шесть, он сам без пяти минут сержант СПК, ему впору десятком манипулов командовать, серьёзные операции готовить, и его никто никуда уже не «втянет», даже ты, Паллов. Будь ты о себе хоть какого высокого мнения. «Ребята» его тоже уже не ребята, после несчастной Альфы, после «дела Консорциума» и прочих, не менее горячих выходов. И ты это знаешь.

Но реал-капитан стоял на своём:

— Значит, договорились?

— Не о чем нам договариваться, Паллов. Но если тебе это нужно для успокоения совести — хорошо, договорились.

Качая головой, реал-капитан молча направился к порталу южного выхода, он больше не оборачивался, только машинально сделал рукой движение к значку КГС на груди в салюте тому списку, что продолжал разматываться у него за спиной. Что-то его продолжало тревожить. А когда его что-то тревожило, список смертей и героев вскоре увеличивался на лишние пару имён и званий.

Сержант остался на месте, всматриваясь в бегущие буквы, но не слыша оглашаемых вслух по большей части незнакомых астрографических координат и названий операций. Он думал о том, что Старая База скоро совсем опустеет, штандарт перевезут, а вот места этого, где за сотни лет упокоилась слава множества таких, как он, не станет совсем.

Так какая разница, раньше или позже.

Встреча состоялась, оставаться здесь дольше не было никакой необходимости. Десантник со смешанным чувством покинул купол, направляясь к северо-восточному сектору Базы. Лента транспортёра плавно понесла его сквозь сплетения уровней, мелькающих грузовых платформ и полупрозрачных силовых переборок на стыке секторов решётки безопасности.