Он по привычке остановился в гостевом кластере для гражданских, подальше от казарменного уюта квартир для не приписанного личного состава. Сейчас, без Гретхен, это не имело особого смысла, сам он был чужд чрезмерного комфорта, но привычки всегда были сильнее его. Если подумать, работа была такой же привычкой.

Вот и сейчас, когда его, наконец, вынесло на внешний уровень, десантник привычно уронил на глаза светофильтр, прячась от желто-зелёного света карликового соседа Ригеля — Система была единственной обладающей планетами террианского типа во всей местной звёздной группе. Называть именами собственными только Системы, годные к заселению, человек научился, едва шагнув в бездну Века Вне, остальные почти всегда отделывались лишь формальными кодами. Ну, или они действительно стоили того. Сам бело-голубой сверхгигант Ригеля сверкал сейчас, как и всегда, в зените, но в его сторону не было направлено ни единой обзорной галереи, только защитные экраны и энергетические поглотители.

Человечество игнорировало мёртвую красоту безжизненной Галактики. Название чудовища помнили только некоторые дотошные любители историзмов из числа учёных, сержант едва ли его мог припомнить, задай ему кто такой вопрос. Его познания местной астрогации ограничивались средней температурой на поверхности тренировочной базы СПК Дзеты Ориона-d да расписанием и направлениями основных трансгалактических рейсов, которые здесь проходили. Сама Дзета Ориона был лишь удобным источником естественного энергии для бортовых накопителей километрового шага ячеек жилых конструкций Старой Базы. В его лучах гигантское открытое кипящее жизнью пространство наполнялось каким-то почти домашним уютом, в котором можно было купаться.

Тирео, звезда, вокруг которой обращалась Новая База, была красным карликом, и свет её был скорее настораживающим, чем домашним, и ледяные поля новой, ещё не окончательно терраформированной и потому только ожидающей запуска тренировочной базы СПК на пятой планете Системы Тирео, были словно покрыты кровавой гранитной крошкой вместо привычного снега и льда. Таким суждено было стать новому дому СПК. Ещё пара десятков лет, максимум столетие, и новые люди с новым ощущением реальности продолжат его, сержанта, труд.

А ему пора выходить. Платформа выжидательно остановилась на двухсот третьем уровне — под самой крышей гигантской жилой ячейки. Нужно отдохнуть как следует перед рейсом, в пути предстоит подготовка «Сандорикса», будет не до сна.

Автоматическая дверь послушно отсекла каюту от потока звёздного света.