Казалось, дальше эксцессов не будет, посадка, первые разведрейды, и при первом контакте всё вроде шло хорошо. До тех пор, пока оперативники, обновившие морфемы местного языка по отношению к старым словарям, доставшимся им из архива первой миссий на Элдорию, и без труда это всё усвоившие, не выяснили вдруг, что их никто не понимает. Неприятная шутка. На этой планете существовало сразу несколько широко отошедших друг от друга производных галакса, всеобщего языка начала Второй Эпохи, доставшегося жителям этой планеты по наследству от их предков колонистов-терраформеров, плюс здесь же осталась существовать масса разрозненных диалектов террианских протоязыков, сохранившихся и даже ещё прекрасно закрепившихся в местной лингвистике со времён колонизации. Оперативникам будто нарочно повезло наткнуться на туземца из каких-то совсем диких мест, говорившего на одном из них.

Следующая попытка удалась лучше, подтверждён личным осмотром превращённый в тысячелетние руины центр терраформирования, он же фокус будущего расселения всё больше забывающих своё космическое прошлое колонистов, снова собраны словоформы и заново сформирована общая лингвистика, подтверждены обнаруженные руины на месте посадки давным давно законсервированных автоматических биопроцессоров, проведены первые исследования планетарной социопсихологии и популятивной дивергенции местных квазирас, включая тонкости государственного деления, для средневековья довольно простого вследствие невысокой плотности населения. Каково же было их удивление, когда оказалось, что вновь изученный язык был всё-таки ближайшим родственником того, неудачно изученного на Старой Базе, только искажённым до невозможности, каковое открытие навело их на внезапную мысль о своеобразном арго, на которое им повезло наткнуться.

Везение.

Невероятно богатая лингвистика, не отмеченная в прошлых отчётах, отличавшихся поразительной разрозненностью — планетой до них толком не интересовались. Третий язык, четвёртый! С минимальной для подобной среды корреляцией узусов, с огромными искажениями фонетики и словообразования. И всё — на площади в жалких несколько тысяч квадратных километров. Все эти лингвистические сложности с таким трудом укладывались в голове, что их манипул решил прекратить бесконечные изыскания, через «Сандорикс» связавшись с Инфобазой Планетарного Контроля, и сгрузив прозябающим на Базе высоколобым весь имеющийся массив данных. Пусть кумекают.

Основным практическим вопросом стало специфическое разнообразие чрезвычайно разработанного сленга, вернее, несколько его вариантов, на заметно различной фонетической базе. Первым изученным оперативниками языком оказалась речь того сорта людей, что самим своим существованием умудрялись нарушать нечто, условно именовавшееся здесь законом, причём закончиться эта жизнь могла в любой момент, попадись эти люди в руки официальных властей окружающих центральные районы государств.