— Нет! Он хороший, просто Тьма затуманила его разум! — попыталась я оправдать парня.

— Он хотел отрубить тебе голову! — напомнил Страж. — Может, он и был когда-то хорошим, но не теперь.

— Ты не знаешь его! — отчаянно воскликнула я.

— Я знаю тёмных лучше, чем ты! — взревел Давид. — Ты права, их разум затуманивается, а мысли искажаются. Тьма меняет их до неузнаваемости! У них не остаётся жалости или чувств, и они не пожалеют ни бывших друзей, ни детей, ни жён. Поверь, за годы службы я видел достаточно, чтобы с уверенностью это утверждать!

— Не хочу тебе верить! — упрямо возразила я, обхватив себя руками, словно пытаясь заслониться от горькой правды.

Однако яростный блеск в глазах Ивана, который до сих пор не стёрся из потрясённого сознания, заставлял согласиться со Стражем…

— Лезвие его меча прошло в миллиметре от твоей шеи! — продолжал настаивать Давид, отчаянно жестикулируя. — Он даже не думал о пощаде! Разве этого мало?

— Не важно! Ваню убивать нельзя!

— Ты не понимаешь, что все тёмные — наши враги? Если мы не будем убивать их, то они убьют нас! Думаешь, я хочу? Думаешь, кто-то из нас хочет? Но мы должны это делать, чтобы выжить! И рано или поздно тебе, или мне, или ещё кому-то придётся его убить! Он выбрал Тьму, мы выбрали Свет — здесь уже ничего не поделаешь!

— Замолчи! — крикнула я. — Это ты не понимаешь! Иван нужен Свету!

Давид замолк, то ли выполнив моё требование, то ли от неожиданности, что я снова позволила себе накричать на мужчину, вдвое старше себя. Но сейчас физический возраст не имел особого значения. Нашим душам исполнилось уже много тысяч лет, а значит, мы были на равных.

— Он нужен Свету… — шёпотом повторила я, ощутив, как практически угасший огонёк надежды осторожно и несмело вновь начал возрождаться из пепелища.

Только теперь, когда я приготовилась всё ему объяснить, до меня самой, наконец, дошло то, что раньше не укладывалось в голове, и многие переживания вмиг показались совершенно напрасными. Дышать стало легче. С груди словно свалился огромный камень, всё это время давивший на лёгкие и не дававший им расправиться. Возможно, я просто пыталась себя оправдать или избавить от чувства вины, но мысль, что не всё ещё было потеряно, подарила новые силы и желание продолжать борьбу.

— Он же тёмный! — возразил Страж, однако в его глазах я увидела готовность слушать, а главное — прислушиваться к моим словам.

— Тёмный, — согласно закивала я. — Но так было нужно! Это было частью плана. Елиазар — Старец — говорил, что Тьма нашла Оружие, благодаря которому побеждала уже дважды…