– Сэр… я хотел извиниться, – осторожно шепчет мне Александр, чтобы остальные не слышали. – Меня уже тошнило от качки на траулере, и когда я увидел эти выдавленные глаза… это было слюнтяйство с моей стороны. Обычно я себе такого не позволяю и надеюсь, что вы не станете хуже думать обо мне из-за этого случая.

– Рагнара стошнило бы в невесомости, – говорю я. – Тут не за что извиняться.

Он кивает, не слушая меня. Наверное, тяжелая это ноша – быть старшим внуком Лорна Аркоса. Слишком высокая планка.

Севро недоумевает, почему мне нравится этот парень. Однако при всей избалованности и всем высокомерии глубоко в душе Александра живет неуверенность, и он вызывает у меня стремление защищать его. Александр хочет быть хорошим.

Если бы только он вдобавок к этому не хотел быть знаменитым!

Он слишком сильно напоминает мне Кассия.

– Сэр, я понимаю, что говорить такое излишне, но пусть это останется между нами.

– Ты беспокоишься, что Ронна будет насмехаться над тобой? – спрашиваю я. – Поверь мне, Алекс, не ее тебе нужно опасаться. – Я смотрю на Севро, с гаденькой ухмылкой подслушивающего разговор.

Из задней части аппарата доносится лай. Я разворачиваюсь и вижу, как исхудалый черный улыбается, положив руки на колени и опустив взгляд. А между его ладонями выглядывает маленькая собачья морда.

– Только не говори мне, что ты прихватил собаку начальника тюрьмы, – бормочет Севро; черный лукаво улыбается и разводит костлявые руки, демонстрируя спрятавшегося у него между ног терьера. – Похищение собаки? Осторожно, шавки, тут Безъязыкий – плохой, плохой человек!

Когда мы всплываем рядом с траулером, я изо всех сил стараюсь скрыть волнение и жду, пока мои люди не выберутся наружу и не выгрузят пленников одного за другим. Теперь и я выхожу, чтобы наконец-то глотнуть свежего воздуха. Но даже морская соль и холодный ветер Атлантики не могут смыть ощущение, что я сделал какую-то непоправимую ошибку.

Я не могу допустить, чтобы упыри видели мои сомнения, поэтому выбираюсь из аппарата с широкой улыбкой и смеюсь вместе с Ронной над нашим сегодняшним уловом. Пленников раскладывают на палубе под ясным бескрайним небом и приковывают их за руки и за ноги друг к другу.

– …И он наблевал прямо на мои ботинки, – говорит Севро, завершая свое повествование о конфузе Александра, к восторгу Ронны и группы поддержки.

Александр пытается смеяться вместе с остальными, но щеки у него горят.

– А потом мы сперли собаку! Вы знакомы с Безъязыким? Он прикольный. Безъязыкий, иди поздоровайся!

Погрузив золотых в «пеликан» Коллоуэя, мы вскрываем дверь трюма, в котором прежде заперли команду, и покидаем краболовный траулер. «Пеликан» устремляется на север, к нашей базе вылета, расположенной на ледяных пустошах Баффиновой Земли. Там под камуфляжным брезентом, в тени гранитных утесов недвижно и тихо стоит принадлежавший Сообществу угнанный фрегат класса «ксифос» – «Несс». Пока мы в Гренландии планировали визит в Дипгрейв, мой брат Киран прятался здесь с остальными упырями, готовясь к нашему отлету.