— В советской мясорубке могла сломаться только одна деталь: стол, к которому она крепится. — сообщил я. — А вот проржаветь она могла легко, чем она тут и занималась всё это время. — я заглянул в раструб для приёма мяса. — Хотя, вроде ничего фатального. Вымочить в керосине и ножи наточить.

— Сам ешь котлеты с керосином. — капризно заявила подруга. — А вот крупы, сдаётся мне, безнадёжно испорчены.

В углу стояло несколько мешков крупы, на удивление — не сгнивших, даже ткань более-менее целая. Там, где её крысы не погрызли. В прорехи просыпалась перловка и раскатилась по всей кухне. Интересно, и зачем её здесь столько? Типа НЗ? А почему перловка? Питательность у неё так себе, как и вкусовые характеристики. Она, конечно, дешевле риса и гречки, но они тут, судя по всему, не бедствовали?

— У меня даже от вида этой крупы изжога начинается. — сообщил я. — Обычно народ после армии капусту жрать не может, а я вот перловку не перевариваю.

— Я её и без армии не перевариваю. — ответила девушка. — Даже крысы её не едят… Больше.

— Это да. — я бросил взгляд в коридор, где безмолвно лежали трупики крыс. — В их нынешнем виде еда им без надобности. Ладно, пойдём, крыс тоже надо сжечь. Потом зайдём, надо будет из посуды кое-чего подрезать. Пара кастрюль нам точно не помешает.

Я мельком заглянул в сортир — точная копия первого, и мы покинули общежитие, предварительно повыкидывав тушки крыс в окно. Хорошо, что разработчик позаботился об удобстве транспортировки, оснастив каждую крысу длинным хвостом, за который её можно раскрутить и бросить. Таким образом мы их и переместили на плац, причём в соревновании по метанию крыс на дальность победила Даша. Решив сжечь тушки потом, мы направились к лаборатории.

Внешне здание было точно такое же, как и общага, но вход находился посредине и был только один. Детекторы молчали, Бегемот, позёвывая, уселся напротив, всем своим видом показывая, что бояться нечего. Однако, заходили внутрь мы всё равно с опаской. Сразу за дверью был небольшой тамбур с постом охраны и плакатом «Предъяви пропуск в развёрнутом виде»! За ним открывался коридор, идущий в обе стороны через всё здание. По одной его стороне были расположены несколько небольших кабинетов, по другой находились две двери, ведущие в один большой зал, занимавший всю остальную площадь. Мы прошлись по кабинетам: «Профессор Сахаров», «Профессор Круглов», «Доцент Васильев», «Академик Осознанский»…

— Шутники, блин. — я легонько постучал по табличке «Сахаров». Неожиданно раздался голос: «Да-да?»

— Кто здесь? — Даша присела, выцеливая кого-нибудь в кабинете. Пустом кабинете.