Ему немного досадно, что он столько дней мотался туда-сюда к девушке Майе с одними и теми же вопросами, когда с самого начала мог заниматься вот этим. Полетать, посмотреть, послушать. Да он бы уже сто раз все сам сообразил.

Хотя Майя была неплохая. Она давала ему булку. Сидя на спинке какой-то скамейки, ворона Марк придирчиво чистит перья под мышкой. Насекомое. Что за насекомое? Съесть. Интересно, куда Майя подевалась, когда исчезла отсюда. Интересно, куда все деваются, когда исчезают. Марк распахивает клюв в широком зевке, потом встряхивается всем телом. Нет, неинтересно.

13

Марк откинулся на подушки, прикрыв глаза и наслаждаясь вновь полноводным потоком болеутоляющих.

Ощущение тревоги, подгонявшей его, никуда не делось.

– Ты и правда вернешься за ним? – спросила Инта.

Предыдущие десять минут пришлось объяснять всем подряд, как же так получилось, что у его постели откуда ни возьмись материализовалось – и тут же, прямо там, впало в кому – новое лицо. Затем Холодного под сетования юного доктора отволокли в отдельную палату (наверняка в больнице имелась такая, особая, для бедняг, затерявшихся в океане неконтролируемой информации, с обитыми мягким и звуконепроницаемыми стенами). После чего Инта заняла освободившийся стул и не выпускала руки Марка, причем щеки у нее горели, точно две герберы, но она все равно не выпускала. После чего Бубен зевнул, заметив, что «тут че-то скучно становится», и вышел за дверь.

Марк подумал. Тревога не спадала. Ну мамочка, ну еще пять минуточек.

– Может, и вернусь.

– Он хотел тебя убить. Я бы на твоем месте…

– Мила… – Марк чуть было не совершил непростительную оплошность, это все опиоиды. – …Малышок, я догадываюсь, что́ ты сделала бы на моем месте. Я и сам сделал бы это на своем месте. Но время от времени в жизни свои естественные импульсы нужно пересиливать. – Он поднял свободную руку и поерошил Инте короткие волосы-былинки. – Называется «духовное развитие».

Марк примолк и с некоторым удивлением попытался припомнить: неужели он и правда еще ни разу не слышал такую трактовку – притом что она простая как пень и истинная, как все простое? Хм, интересно. Не пора ли основать новую религию? Сдерживайте свои побуждения, дети мои, и вы переродитесь в…

Ну ма-ам!

Вставай, Марк.

– Ты отцу не звонила? – закрывая глаза, спросил он.

– Да что ты прицепился к моему…

– Это не я прицепился, – устало перебил Марк. – Так уж оно вышло, что он в этом деле застрял по самое между прочим. Дело не в тебе, понимаешь? Не в одной тебе.

Инта нахмурилась, уставившись в угол палаты, и наконец буркнула: