Светлый фон
Она обвела глазами Холм. Море осталось на месте, хмуро плескалось вдалеке и выглядело, как предвестие беды. Порядок на Холме был более-менее восстановлен, люди подчинились то ли окрикам Старейшин, то ли кулакам более разумных тэру тэру и отступили. Теор оказался между каменными тронами, куда затолкала его охрана. Стражники были полностью на стороне толпы, но приказа нарушить не посмели. В итоге, Теора поколотили только они сами. Дельфине понадобилось некоторое время, чтобы осознать, что что она сейчас видела: зыбкость власти Старейшин. Воспитанные в подчинение, островитяне сами ошалели от того, что готовы были сотворить. Но начало было положено, теперь им было известно: приказ можно нарушить, против своего можно обнажить кинжал, можно толкнуть Жрицу. Небо не расколется, и земля не дрогнет. Дельфина чувствовала холодные иголочки в кончиках пальцев, подгибающиеся колени. Не так ли начались когда-то Плохие Времена?

Человек рядом с ней громко обругал того, кто сбил ее с ног. Дельфина так и не поняла, кому именно предназначалась брань. Возможно, этого не знал и новоявленный защитник, но окружающие четко услышали: кто-то едва не растоптал Жрицу. Человек перекинул ее руку через плечо, будто она не могла стоять, а потом уже предложил:

Человек рядом с ней громко обругал того, кто сбил ее с ног. Дельфина так и не поняла, кому именно предназначалась брань. Возможно, этого не знал и новоявленный защитник, но окружающие четко услышали: кто-то едва не растоптал Жрицу. Человек перекинул ее руку через плечо, будто она не могла стоять, а потом уже предложил:

— Обопрись на меня, я отведу тебя в безопасность.

— Обопрись на меня, я отведу тебя в безопасность.

— Со мной все в порядке, брат. Уверяю тебя.

— Со мной все в порядке, брат. Уверяю тебя.

— Я отведу тебя в безопасность, — повторил он, держа Дельфину очень крепко. Помощь была безжалостна к ее свежим синякам. — Отец-Старейшина Терий хочется убедиться, что ты цела.

— Я отведу тебя в безопасность, — повторил он, держа Дельфину очень крепко. Помощь была безжалостна к ее свежим синякам. — Отец-Старейшина Терий хочется убедиться, что ты цела.

Если б в бою Дельфина соображала так же медленно, она не дожила бы до нынешнего дня. Но в своих она до сих пор не умела сомневаться, тем более, в Терии, которому она, как дочь. Она начала понимать, что происходит, лишь оказавшись позади каменных тронов, — от глаз толпы подальше. Теор — теперь он был всего в десятке шагов — скользнул по ней взглядом, изображая безразличие.

Если б в бою Дельфина соображала так же медленно, она не дожила бы до нынешнего дня. Но в своих она до сих пор не умела сомневаться, тем более, в Терии, которому она, как дочь. Она начала понимать, что происходит, лишь оказавшись позади каменных тронов, — от глаз толпы подальше. Теор — теперь он был всего в десятке шагов — скользнул по ней взглядом, изображая безразличие.