Светлый фон
Руки Теора были связаны, по губам медленно текла кровь, которую он не мог утереть, и сквозь блики крови проступала ухмылка. Насмешка. Шепотом он назвал Дельфину дурочкой. Она чувствовала себя измотанной, как после сражения. Она зовет островитян братьями, но это те же разбойники, что громили Побережье и не щадили врагов, — вместе с ней, с ее благословения, иногда и по ее приказу. Она молчала, когда на куски рвали пленных регинцев, — почему же ее сейчас удивляет беспросветная жестокость? Потому что речь об ее близнеце? Или потому что всю жизнь не желала знать правду об Островах? Острова породили Теора, и его кровь, что бы ни говорил Арлиг, будет на каждом члене Общины, и на Дельфине тоже — ведь она часть целого. Морская Ведьма, лучница, Главарь, морской хищник — а отныне кто? Морское чудовище? Но в Море нет никаких чудовищ, лишь слуги стихий — она это знает. Монстры живут на суше.