Уни впился пальцами в колени и покачал головой:

– Значит, ваша женщина рожает ребенка от любимого и не уверена, что он будет одним из вас. Это… это чудовищно!

– Да, вынести такое очень непросто. Онелия Лерис, возможно, не смогла.

– Что?!

– Она полюбила вас, зная, что ваша любовь разобьет ее на куски. Возможно, она не смогла принять решение в этом теле и решила… временно дистанцироваться, – глядя в одну точку, очень спокойно произнесла Найтия Ворен.

Уни вздрогнул, потом поднялся и поспешно поклонился настоятельнице:

– Да, конечно, я… понимаю вас.

На какое-то время все замолчали.

– Вы сказали про другое тело, – осторожно начал Уни. – Но я не совсем представляю, как это происходит. Здесь какая-то магия?

– Все гораздо проще. Каждый вирилан после подтверждения сущности получает личность одного из тех, кто жил тогда, во времена Войны Пятого царства.

– Получает?..

– Да. Имя – прежде всего. А вместе с ним – подробный отчет с опытом предыдущих воплощений, изложенный в дневниках своих… ранних сущностей. После этого вирилан проходит особую подготовку и испытания, закрепляющие его личность в носителе, но уже в новых условиях. Когда все заканчивается, каждый получает имя воплощения – то, которое будет носить до смерти этого тела.

– Невероятно! – от возбуждения Уни даже вскочил. – То есть вы почти с рождения учите каждого вирилана быть другой личностью?

– Можно сказать и так.

– Теперь понимаю, зачем вам эти дневники. Как у Онелии Лерис… Но это же просто кража истинного «я» человека! Это… Да как вы можете? Он же будет совсем другим!

– Индивидуальные различия, доставшиеся нам от предков, определяют индивидуальные особенности, только и всего. Личность для нас – это то же, что для вас, скажем, профессия. Вы же не возмущаетесь, когда сын пекаря становится пекарем?

– Да, но… – Уни снова опустился на камни и в отчаянии покачал головой. – Но зачем это нужно?

– Чтобы выжить, мы продлили в будущее личности каждого из тех, кто победил в той войне. Наше общество создано под конкретных индивидов, как огромный слепок с их коллективной личности. Это единственный способ не дать таким, как вы, убить нас и наш мир.

Потрясенный услышанным, переводчик смотрел на бушующее внизу пламя.

– Что же тогда происходит с другими? С теми, кто не рождается вириланами, кто не продолжает эту вашу… цепочку перерождений? – прошептал он. – И как вы вообще определяете, кто есть кто?