– А что тут такого? Разницу цен – себе!

– Разницу цен… А они и монету принимают?

– Нет… – теперь уже и Видруштий не выглядел таким уверенным. – Товар на товар меняют. Девы небесные, так что же это выходит?

– А выходит, что торговля оружием – лишь способ выровнять цену на произведения искусства. Которые и есть реальный товар.

– Реальный, очень реальный! Они этого добра столько берут…

– При том, что без роскоши вполне можно обойтись. А без хлеба – нет. Но они насухо выдаивают свои хлебные запасы – иначе зачем тогда оружие в этой схеме? А значит, их верхи купаются в роскоши, сгоняя с народа семь потов и держа его на голодном пайке.

– Обычное дело, – горько усмехнулся Видруштий. – Что у вириланов, что у нас.

– То-то и оно, что слишком обычное, – задумчиво протянул Уни.

* * *

Спать было совершенно невозможно. Уни неоднократно пытался расслабиться, но все равно оставался лежать в закоченелой позе с открытыми глазами. Мысли о несчастной судьбе заполняли сознание и гнусаво хныкали в потоках сопливой жалости к самому себе. Сквозь все это боязливо протискивалось природное любопытство, разбуженное недавней беседой в таверне. Противоречивые мысли сливались в какую-то бессвязную какофонию, забиравшую последние остатки сил, не давая восстановить их естественным для ночи образом.

«Никто меня не ценит. Я ничтожество. Не смог нормально собраться. Даже запомнить не смог, что посол сказал. Светило небесное, ну что же я за урод родился! А эти капоштийцы – все они там зубоскалили. Теперь из-за меня империя опозорена. Взлетели орлом – рухнули мешком. Конечно, посол прав. Нельзя мне такие дела доверять. Мое дело в архиве сидеть, бумажки перебирать. Героем себя вообразил? Вот и получи! Завтра наверняка уже новый переводчик будет. Что тогда Ронко скажет? – Уни в бессилии сжал кулаки. – Топить таких надо в детстве, чтоб нормальным людям жить не мешали!»

Он свернулся калачиком и лег на левый бок. «Так, снова заводишься? Кончай ты это дело! Вон Видруштий вообще пропадает, и что? Борется как может. Чем ты хуже? Хватит себя жалеть, нытик! Давай думай, соображай! Живее!»

Он обнял себя за плечи и потерся щекой о подушку. «Итак, что мы имеем? Вириланы пускать нас не хотят. Точно? Он так сказал? Нет, не так. Прекрати выдумывать. Он сказал, что это не его дело. И никто другой здесь не поможет. Да все одно! Хотя… А что тогда его дело? Его дело – торговля. Так, может, с ним поторговать? Нет, не будет торговать без договора. А чтобы был договор, посольство должно попасть в Вирилан. Замкнутый круг получается. Мдаа…»