Аринцил энергично кивнул, и на мгновение показалось, будто он рад вопросу. А затем он плавно, но быстро вскочил на ноги, выхватил длинный, заточенный с одной стороны меч и, присев на одно колено, направил его на Уни.

– Знаю. Вот та правда, через которую я прошел. И вы тоже пройдете. Так покажете истину, а мы ее увидим!

Уни не нашел что ответить. Когда его рывком подняли с пола и повели куда-то, он все еще размышлял над сказанным, рассеянно облизывая свои губы. Их кислый вкус никуда не делся, и потому юноша протер рот тыльной стороной ладони. Он не был связан и поймал себя на мысли, что шел сам, чуть ли не ведя за собой своих тюремщиков. Это впечатление было столь ярким, что он тряхнул головой, чтобы смахнуть наваждение. Именно в этот момент у него впервые появилось особое и странное ощущение то ли искусственности всего происходящего, как в спектакле, то ли нереальности, словно все было сном. Это чувство появлялось, когда Уни словно моментально забывал то, что видел вокруг, и уходил глубоко в свои мысли. Неожиданно он вспомнил таинственную женщину в ванной на корабле, и его передернуло. Мгновенно все переменилось, и странное чувство рассеялось, как дым. Конвоир схватил переводчика сзади за шею и толкнул за порог камеры.

– Энель Вирандо? Наконец-то! Соизвольте, Мрак вас поглоти, объяснить, что здесь происходит?

Помещение, где оказался Уни, было достаточно большим, но освещалось лишь узким окошком в самом верху стены. Однако и этого тусклого света было достаточно, чтобы разглядеть Санери, Гроки и прочих членов герандийской дипломатической миссии.

– Энель посол, ваше поручение выполнено! – неожиданно для себя отрапортовал Уни. – Контакт установлен, и посольство внутри крепости, некоторым образом.

Он ожидал услышать в ответ шквал возмущений и традиционные остроты Гроки, но их не последовало. Санери жестом пригласил его к себе и усадил рядом на грязную циновку из соломы. Где-то в стороне были еще какие-то люди, однако они молча сидели у стен и не проявляли никакого желания общаться.

– Вы неважно выглядите, энель Вирандо, – произнес посол, скрестив ноги.

– Меня запихнули в мешок связанным и в таком виде доставили внутрь, – признался Уни.

– Сочувствую, – хмыкнул Санери, но совсем без издевки. Сам он казался полностью вымотанным. Тем не менее в прошлом ему приходилось бывать в самых разных ситуациях, поэтому на происходящее сейчас он реагировал спокойно и душил в зародыше эмоциональные всплески подчиненных, некоторые из которых были готовы растерзать переводчика на месте. – Вам удалось выяснить что-то конкретное?