Работая в императорском архиве, Уни читал древние хроники о крепостях, сооруженных гигантами. Говорят, что развалины подобных сооружений есть где-то на северо-западе империи, однако сейчас молодой дипломат воочию видел то, что раньше мог лишь воображать. Крепость – а это была, вне сомнения, именно она – окружала стена из гигантских, высотой в три человеческих роста, камней. Крепостные зубцы были так велики, что стоящий между ними человек просто терялся на их фоне. Тем более что высота самих стен не позволяла разглядеть снизу, что именно происходит наверху. Стену венчали восьмиугольные башни – уже совсем запредельных размеров, – на верхушках которых ветер трепал полотнища огромных черно-красных стягов.

– Вот это я понимаю, размах! – осторожно нарушил затянувшееся молчание Аслепи. Было неожиданно, что именно он дал первый комментарий этому, судя по всему, государственному учреждению.

– Ну, я полагаю, сомневаться в том, что это принадлежит властям, не приходится? – задал риторический вопрос Уни. – Очевидно, что и воинов мы там найдем… немерено.

– Впечатляет! – с восхищением согласился с ним Стифрано. – Такую стену тараном не возьмешь. Да и крюком зубцы не разрушить… не говоря уже о баллистах. Лестницы могут обломиться. Подкоп не сделаешь, почва слишком твердая. Да, серьезно сделали! А осадной башней…

– Не горячитесь, господа, – усмехнулся Санери. Теперь, когда наметилась некая определенность, его настроение существенно улучшилось. – Мы сюда, к счастью, не воевать пришли. Сейчас немного передохнем, приведем себя в порядок, а потом, надеюсь, нам удастся проникнуть за эти стены без боя.

Уни, которому – а кому ж еще! – поручили наладить контакт с местными и организовать встречу, столкнулся с непредвиденными трудностями в самом начале пути. Дело в том, что, объехав крепость со всех сторон – это потребовало немало времени, – он так и не нашел никаких следов ворот или иного отверстия, через которое можно было бы проникнуть внутрь. Кричать вверх показалось ему глупым и несолидным, однако за неимением других возможностей именно так в конечном счете и пришлось поступить. Уни набрал в легкие воздуха и сначала хрипло и тонко, но потом все громче стал заявлять о своем присутствии. Несмотря на эти упорные старания, ответа не последовало. Высокие стены так хорошо скрывали происходящее в крепости, что она казалась пустой, вымершей. «И только ветер гуляет вокруг», – вдохновенно протянул Уни, но даже ветра в этот ответственный момент не было. Только лошадь, с которой на время пути он некоторым образом сжился, недоуменно повернула голову и окинула седока вопрошающим взглядом. «Ну вот, даже ты меня осуждаешь, – вздохнул Уни. – Лучше бы подсказала, что делать!» Но лошадь лишь отвернула морду, фыркнула и повела длинной шеей. Если она и умела говорить, то в данный момент никакого желания раскрывать сей талант не демонстрировала.