Следующий час проходит в череде вопросов и ответов. Большинство из них задает Фиона. На большинство из них по очереди отвечают Нуала, Аарон или я.

Фиону они не очень убеждают, что понятно.

– Неужели мы все просто забыли, через что этот мудак заставил нас пройти?

– Нет, – отвечаем мы с Нуалой одновременно.

Аарон снова смотрит на свои руки.

– Аарон согласен с тем, что ему нужно отвечать за свои поступки, – говорит Нуала. – И начнет с того, что поможет бороться с этой ужасной организацией. Прежде всего – с этой мисс Бэнбери.

– Погодите-ка, – прерывает ее Фиона. – А что не так с мисс Бэнбери?

Я понимаю, что ее настолько ошеломило присутствие Аарона, что она не готова к настоящему потрясению.

– Мисс Бэнбери – одна из «Детей Бригитты». Она забирала мою…

При воспоминании о ней по моей спине снова пробегает холодок. Пока что мне удавалось не слишком задумываться о пережитом, но сейчас, когда я представила те чайные пакетики, те «маленькие серые мышки» на ватных дисках, к горлу подкатывает тошнота. Я снова ощущаю ее руки у меня во рту – она нежно дотрагивается до задних стенок моих зубов. Мои плечи сжимаются, застывая от ужаса. Все тревожно смотрят на меня.

Я замолкаю.

Начинаю снова.

– Она опустошала мою магию при помощи чайных пакетиков, – говорю я как можно более спокойно. – Это был не Аарон.

Лицо Фионы бледнеет, взор ее тускнеет.

– Фи? – подбадриваю я ее.

Она пытается что-то сказать, но у нее получается только беззвучно открывать рот. Она останавливается. Пытается снова.

– Мой дневник…

О боже.

– Мой… она… мне.