– Ты же не знала, – стараюсь ее успокоить я. – Ты не знала, что она работает на них.

– Я хочу сказать, что вообще никому нельзя доверять, – отрезает она.

Я понимаю, что она переживает психологическую травму, но все же ее слова немного задевают меня. Мы с Лили переглядываемся.

– Ты можешь доверять нам. Ты всегда можешь доверять нам.

Фиона не слышит меня.

– Вечно со мной все так поступают, – продолжает она. – Люди почему-то считают, что вправе требовать чего-то от меня, брать у меня что-то. Все, что захотят. Даже ты, когда списывала у меня. О чем ты думала? Типа: «Это же такая азиатка, чего с ней церемониться»?

Она смеется пустым смехом.

– Или ты думаешь, это просто потому, что я так отчаянно хочу всем угодить?

Я ощущаю чувство вины за то, что обманула ее во время теста, но все же странно, что Фиона завела речь на эту тему сейчас. Говорят, что достаточно трех случаев, чтобы что-то стало восприниматься как тенденция. Неужели есть еще какой-то третий случай, о котором мы с Лили не знаем.

– И взять мой дар, – фыркает она. – Исцеление. Какая шутка! Как будто сама Вселенная кричит мне: «Твоя обязанность – следить за тем, чтобы другим было хорошо!»

Она снова обхватывает руками колени и смотрит сквозь них. Я не знаю, что сказать. Не знаю, что делать. Должна ли я извиниться за обман или это только помешает ее раздумьям и снова сосредоточит ее гнев на мне? У Лили, похоже, вообще нет никаких идей. Она просто вцепилась в бортик ванны и сидит с печальным видом. Фиона перестает плакать. Просто сидит и обнимает себя.

– Может, ты что-то расскажешь, Мэйв? – предлагает она наконец, и слова как будто застревают у нее в горле. – Она же и с тобой что-то проделала.

– У меня такое чувство, – я замолкаю и пытаюсь ответить правдиво, а не так, как ожидают от Лучшей Подруги. Я вспоминаю прикосновение рук Хэзер, вспоминаю, как она трогала мои зубы. Как шептала о моем потенциале. – Такое чувство, что никакими словами не описать того, что она со мной сделала.

Лили прислоняется щекой к прохладному краю ванны.

– Никакими словами не описать то, что мы умеем делать, а все существующие звучат глупо и надуманно.

Мы с Фионой, сидя на коврике возле ванны, издаем благодарные смешки.

– Это точно, – говорю я.

– Мы занимаемся магией. Да, это звучит неестественно, надуманно и странно, мы шутим об этом, используем слова, вроде «силы». Но это не выдумка. Это реальность. То, что случилось со мной, когда я был рекой, было реальным. Я знаю, что вы не сможете до конца понять, что я пережила, но это было на самом деле. И то, что она сделала… это тоже не выдумка. Это реально. Она что-то сделала с тобой.