Причём – лучших! Я лично, своими руками указал на лучших своих офицеров и лучшие десятки и сотни. А ты попробуй соврать архимагу! Я тогда просто пошутил, а до сих пор всего от фантомных болей корёжит. А за ложь он… Что он со мной сделает – не хочу знать! Не желаю!

Вот так мы и остались стройбатовской «Усмешкой Смерти», а Красный особый полк смертников – занялся своими, особыми, красными обязанностями. Учебными.

Полк имел особую структуру. В нём мои «смертники» были «постоянным составом», и был – «переменный состав». Маршевые сотни входили в Красный Полк, и Крапива – Красный Комбат их драл, как сидоровых коз. Пока «мясо» не усваивало необходимый минимум боевых навыков до неосознанного их воспроизведения. После этого «мясо» отваливалось в полноценный полк со своим номером, Крапиве в Красный Полк давали новое «мясо» и день сурка запускался заново. Учебно-боевой конвейер Смерти.

А мы копали рвы и насыпали валы. Да строили мосты-плотины через реки и овраги. Война уже давно шла западнее нас, «Красное мясо», подученное нами, уже начало погибать в тех боях, а мы всё ещё рыли рвы да отсыпали отвалы. Рыли да отсыпали. Благодать! Ха-ха!

Но в этот раз мы застряли надолго. Вышли мы к крупному городу на берегу довольно полноводной реки под названием Перст. Палец то есть. Только вот местные, которых все именуют «змеями», как и наших противников – «волками», а Чижик презрительно «пшеками», называют город – Пешт. Чижик говорит, что это Змея подколодная ввела такую моду. Она же, ползучая, переименовала древние земли княжества в змеиное название. И по смене поколений люди не только привыкли, но и стали как-то соответствовать названию. Вот и не верь, что как называешься, тем и являешься. Лебеди, вон – гордые и самовлюблённые, возможно – верные, Волки – скорые, непоседливые, хищные и боевитые. Змеи – скользкие, хитрые, подлые и шипящие, шепелявящие. Потому – Пешт, а не Перст.

Но это так, к слову пришлось. А главное – река. Её с разбега не перемахнёшь! А единственный мост через реку был разрушен Катаклизмом. Пролёты моста лежали теперь на дне реки, этакими зелёными каменными островками, на которых бурлило и пенилось течение речных вод. Остались только фундаментальные опоры. На которые и были проложены деревянные пролёты. А Волки недавним своим налётом мост сожгли. Восстановить переправу удалось быстро, но хлипкую и временную. Люди и даже коней перевести можно, а вот грузы – понтоном. А понтон – в стороне, там, где берега менее круты и течение поспокойнее. То есть без прикрытия стен шепелявого Пальца, вне видимости городского гарнизона. Естественно, «волки» «погрызли» переправу.