Неприятность № 2. А именно разорённая, покорённая, оттра… униженная округа. И забить бы болт, но ведь по законам Вселенской Справедливости получается, что мы в ответе за тех, кого полюбили. И теперь этот долбаный и отлюбленный Пешт как бы наш город. Завоёванный, покорённый, демократизированный и глобализированный. Со всеми втёкшими в его обитательниц сопутствующими обстоятельствами. Вот как хочешь, а бери в расчёт!

И со всеми вытекающими обстоятельствами, а не только втекающими – толпой пар, коих так же толпами родичей тащат ко мне, как к высшей судебно-административной инстанции в округе. Вот, гля, мне только сотен единовременных свадебных церемоний и не хватало! Это замужние женщины – утёрлись, подтёрлись и ладно. А вот остальные повисли на моих бойцах, как репьи. Про бесчинства что-то воют. Девки, вдовушки и прочие разновидности женского поголовья. Хорошо хоть ослицы, козы и мужики, униженные по пьяни, не вешались на мою больную голову. А что? Куда боевая пьянь только не заводила? Война, гля! На войне мозги у всех по определению набекрень! На то она и война. С пьянством, будь она неладна.

Но! На всё это и болт забить же можно, правильно? А то!

Гораздо хуже те самые остановленные техпроцессы. Наш «бетоносмесительный комплекс» приказал долго жить. Или долго долбить самого себя, выколачивая застывший раствор. А раствор, как назло, отменный вышел! Хрен расковыряешь с похмелья!

Ведь мы его, «комплекс», делали «на коленке». На той же коленке и не подразумевалось, что вся эта куча движущихся и перетекающих друг в друга «техпроцессов» – остановится. И что делать? Выкидывать всё и городить огород – заново? А время? Упускаем время.

Но всё это лишь потери времени. А есть потери и более тяжёлые! Невосполнимые! Погибшие в драках с шепелявыми, побившиеся, упавшие с моста, со стен, башен, крыш, поломавшиеся, упившиеся вусмерть, утопшие, сгоревшие.

И пропавшие. Без вести пропавшие. И ладно бы Волки. На то они и волки – недоглядели. Волка же сколько ни корми, а он всё на Скверный лес смотрит! Одним словом, мы проикали пленных, что воспользовались бардаком и сделали ноги. Чисто по-волчьи. Не по-волчьи было тырить своих же лошадей! Кони-то – наши! По-любому! Грабители, гляди!

Или простые, рядовые бойцы недавних пополнений. С ними тоже как-то понятно. Кто-то сквозанул в «самоволку», кто просто и тупо где-то застрял. Может, блукают меж женских грудей, бёдер и половин, напевая: «Мало, мало половин!» Они или найдутся, или патрули выловят, либо сами придут. Либо тела найдём.

А вот куда делась сладкая музыкальная парочка? Дудочник пропал! Вместе с Побегом! Что уже вообще ни в какие ворота не лезет! Устроили, гля, Побег из Шоушенка, да под дудку! Нелегалы, туевы! Позор на мою седую голову! Офицерьё – разбегается! Прикормленное, обласканное утекает! Как крысы с тонущего корабля!