И вернула ему Джульетту.

– Перестань вести себя как клоун, – сказал Веня. Хотя одной рукой он тоже перелистывал страницы в папке, в другой что-то рисовал карандашом. – Сосредоточься, или мы никогда не закончим просматривать эти досье.

В рядах Белых цветов существовала секта, сотрудничающая с коммунистами, и, чтобы найти зацепку, им надо было проверить информацию о членах их собственной банды. Документы о поступающих средствах, регистрационные журналы импорта и экспорта – те гангстеры, которые управляли тем или иным бизнесом от имени Белых цветов, должны были отчитываться о своих делах. Во всяком случае в теории. На самом деле гангстеры не очень хорошо справлялись с канцелярской работой – на то они и были гангстерами, а не политиками. Большую часть коробок с досье Рома принес сюда сам, Веня нес только одну, самую верхнюю, чтобы она не мешала Роме видеть.

– Я ничего не могу с собой поделать. – Маршалл отбросил досье, которое держал в руках, и, вздохнув, взял другое. – Я много месяцев держал свои странности в себе, и теперь они просятся наружу все разом.

Веня фыркнул. Он снова стукнул Маршалла, на сей раз своим карандашом, и тот схватил его за руку, широко улыбаясь. Рома моргнул, и страница, которая лежала перед ним, вдруг показалась ему самой скучной вещью в комнате.

Он встретился глазами со своим кузеном и одними губами спросил:

– Он знает?

Когда Маршалл отвернулся, чтобы взять последнее досье в своей пачке, Венедикт провел ребром ладони по своему горлу.

– Заткнись.

– Веня!

– Я серьезно, – с яростью, но тоже одними губами произнес Веня. – Не суйся.

– Но…

Как только Маршалл опять повернулся к ним, Рома закрыл рот, клацнув зубами. Маршалл поднял глаза, что-то заподозрив.

– Что-то произошло? – озадаченно спросил он.