К тому времени, как я подошла к воротам, Каратель за столом настолько устал от проверки, что даже не поднял скрытую капюшоном голову. Просто кивнул на люминарий, светящийся на простом металлическом подносе.
– Погасить.
Я едва не усмехнулась. Похоже, Нери позаимствовала свою идею именно от альвионцев.
Я взяла камень и, подержав немного, положила обратно.
Каратель медленно поднял взгляд со светящегося люминария на меня. И выдохнул:
– Дремера…
В его глазах сквозь прорези маски стал виден плотоядный блеск, и Каратель рыкнул так, что окружающие едва не подскочили:
– В Квартал ее!
Стражники тут же схватили меня и потащили, едва не отрывая от земли, в арку ворот. Где-то посередине они открыли обитую арганитом дверь и втолкнули меня внутрь.
Там сидел за столом еще один Каратель, на его нашивке серебрилась одна полоска. Он повернул к нам голову, и в приглушенном маской голосе прозвучало удивление:
– А этот юнец чем не угодил?
– Это девчонка. Дремера, – ответил один из моих конвоиров.
Каратель тут же поднялся со своего места и сделал знак, чтобы меня отпустили.
– Отступник и дремера в один день… Вот это улов!
Потом кивнул мне:
– Выверни карманы и положи всё на стол.
Не споря с ним, я вывернула карманы и выложила на деревянную столешницу кусок хлеба с сыром, завернутый в чистую тряпицу, и мешочек с прозрачными рандиями в бронзовых оправах и несколькими фиолетовыми – в серебряных.
– Стой смирно, – приказал Каратель и, прежде чем я поняла, что он собирается делать, повел передо мной рукой в поисках спрятанных камней.
Я задержала дыхание.