Одна из самых крупных капель стала полностью жидкой и растеклась, явив взорам кореллианский легкий грузовик.

В то же мгновение, когда «Сокол» приземлился на пол пещеры, заплатка с внешнего люка отвалилась, обнажив отверстие в том месте, где должен был находиться нижний трап. Грузовой лифт с грохотом опустился, и через оба открывшихся проема вниз хлынули беженцы – как миндорцы во главе с человеком Триппом, так и республиканцы, ведомые лейтенантом Тубрими из народа мон-каламари.

Через несколько секунд в трюмах «Сокола» не осталось никого живого.

В рубке Люк положил руку на плечо Хана:

– Ты точно не против этого? Здесь важно твое веское слово.

– Мне это не нравится, – признал кореллианин.

– Понимаю. Но иначе не получится, – развел руками Скайуокер и включил связь: – Маршал авиации, вам и вашим людям приказываю немедленно грузиться на корабль. Одна минута до взлета.

– Будет сделано, мой император! – тут же пришел ответ.

Хан скорчил гримасу:

– Когда-нибудь ты мне объяснишь, что это за бред про императора Скайуокера, ладно?

– Нет, – ответил Люк. – Нет, не думаю.

* * *

В абсолютной черноте Мрачного яйца у Кронала оставалась только одна проблема.

Мрачное яйцо, как он прозвал его при сотворении, было импровизированным коконом из плавмассива в пещере Мрачного престола. Оно парило в воздухе в том месте, где когда-то находился Мрачный престол, поддерживаемое репульсорами, которые ранее удерживали трон. Лавопада позади уже не было, как и озера раскаленной лавы внизу; все, что оставалось на Мрачной базе от вулканической активности, после взлета с планеты пролилось из нижней части вулкана огненным дождем. Мрачное яйцо тихо покачивалось в воздухе, когда его достигали ударные волны, вызванные разрушением базы.

Этот распад для Кронала не представлял никакой головной боли – он и проблемой-то не был вовсе. Колдун Ранда рассчитывал, что так и произойдет. Если бы войска Республики не догадались запустить гравибомбы обратно в Мрачную базу, ему пришлось бы самому ее взорвать.

В битве при Миндоре должен был уцелеть только он один.

Не беспокоило его и то, что вся его подготовка к новой жизни зиждилась на изучении Люка Скайуокера, а не его сестры; из работы с Палпатином Кронал вынес один полезный урок – важность гибкого планирования. В теле Леи он просто притворится, что испытывает амнезию после черепно-мозговой травмы, и это полностью объяснит любые ошибки и промахи, которые он допустит, встретив старых знакомых принцессы. А затем он тайно наймет одного из бесчисленных писак, которые строчат сценарии для голотриллеров, и тот сочинит что-нибудь подходящее. Сам он, пожалуй, выступит продюсером этой картины. У него даже наклюнулось несколько названий – например, «Принцесса Лея и западня во мраке». Или, может быть, «Принцесса Лея и черные дыры Миндора».