– Кроме тебя.

Он сглотнул и сжал ее руку. У него не нашлось слов.

– Словно… словно ты был там со мной, – прошептала она. – У меня остался только ты, и мне больше ничего не было нужно.

– Я и сейчас с тобой, – хрипло, прерывающимся от волнения голосом ответил кореллианин. – Мы вместе и никогда не разлучимся.

– Хан… – Она села и потерла рукой глаза. – У нас есть что-нибудь из еды?

– Что?

– Я голодна. Нет ли чего-нибудь поесть?

Соло озадаченно покачал головой и обвел взглядом трупы штурмовиков, валявшиеся повсюду.

– Ничего, кроме имперских походных пайков. Да и те, наверное, просрочены…

– Мне все равно.

– Ты шутишь?

Она пожала плечами и одарила его такой улыбкой, что даже сейчас, здесь, когда до смерти оставалось всего несколько минут, у него бешено заколотилось сердце и перехватило дыхание.

– Давай устроим пикник, – предложила принцесса. – Поедим на воздухе и поглядим, как будет восходить солнце. В последний раз.

– Давай, – согласился кореллианин. – Да, ты придумала неплохо.

Он собрал несколько пайков с трупов солдат. Затем они уселись рядышком, плечом к плечу, и молча жевали, наблюдая, как начинает алеть горизонт, словно планету охватывает огнем.

– Что ж, одно можно сказать наверняка. – Хан выдавил из себя подобие прежней кривой усмешки. – Этот завтрак мы не забудем до конца своей жизни, верно?

Лея улыбнулась, хотя на ее глаза навернулись слезы.

– Экий ты юморист – даже тут, даже сейчас.

Соло кивнул:

– Ну, сама знаешь, – на нас всегда находит романтическое настроение, когда до смерти рукой подать. Такое повторялось раз за разом.