Павел вспомнил свою прошлую зимовку, и содрогнулся. Не хотел он повторения подобного приключения. Вдвоем с Викой, конечно, будет не так тоскливо, как в одиночестве, но все равно, приятного в этом мало. Сидеть несколько месяцев в снежном плену, и молиться, чтобы запасенного продовольствия хватило до весны.

— Знаешь что, — вдруг предложил он, — а почему бы не поехать туда, где зимы не бывает совсем?

— В Африку, что ли? — спросила Вика с улыбкой.

— Необязательно сразу в Африку. Есть места и поближе. Заодно посмотрим, что там на юге.

— А почему бы и нет? — пожала плечами Вика. — Можно съездить, поглядеть.

— Значит, так и сделаем, — улыбнулся Павел.

Они выбрали лучший внедорожник, загрузили его продовольствием, канистрами с бензином и оружием, и вскоре покинули окрестности разрушенной церкви. Когда они уезжали, над старинным фундаментом еще поднимался в небо дым затухающего погребального костра. Возносясь, он истончался, рассеивался и полностью растворялся в бездонном океане неба.

Глава 31

Глава 31

Поисковые группы всегда старались вернуться в Цитадель засветло. Задержки если и случались, то в силу уважительных причин, а вовсе не по инициативе самих поисковиков. Те хоть и были ребятами отважными и рисковыми, но даже им не хотелось задерживаться снаружи до темноты. Подобное происходило помимо их воли, либо по причине возникшей неисправности техники, либо из-за находки особо жирной добычи, на погрузку которой уходило слишком много времени.

Но в этот вечер все группы возвратились в срок. Солнце лишь наполовину скрылось за линией горизонта, когда последний отряд прибыл в Цитадель. Уставшие, но довольные приличным уловом, бойцы покидали автомобили, а к тем уже подтягивались грузчики, дабы приступить к перемещению трофеев в закрома.

Во всеобщей суматохе никто не заметил, как на площади, у главных ворот крепости, скромным образом нарисовался сам князь.

Обычно выход самодержца в народ оборачивался демонстративно величественной и пышной церемонией, призванной лишний раз подчеркнуть высокий статус и космических масштабов крутость помазанника. Цент важно шествовал по улицам в плотном кольце вооруженных до зубов гвардейцев, решительно разгонявших с монаршего пути зазевавшихся простолюдинов и не допускавших к царскому телу нежелательный элемент. К последней категории относились многочисленные искатели княжеской милости, просители и жалобщики. И хотя все в цитадели знали, что докучать князю своими ничтожными просьбами не только бесполезно, но и крайне рискованно, тем не менее, с досадной регулярностью находились желающие попытать удачу, одержимые святой верой в то, что уж их-то взашей не попрут, их-то не осмеют, а выслушают и помогут.