Светлый фон
на самом деле

Не дожидаясь ответа, он бросил Калебу: «Возьми его», — и пошел к выходу.

— Э! — Судя по выражению лица, Калебу совсем не понравилась идея тащить с собой Наткета. Однако спорить он не рискнул. — Бабу тоже?

Менеджер не ответил. Неожиданно раздался назойливый писк. Менеджер остановился и достал что-то из кармана. Что именно — Наткет не увидел, и решил, что это пейджер или модный коммутатор.

— Все готово, господин Кабот, — сказал менеджер. — Осталось не долго…

Он вышел, продолжая говорить.

— Псих, — шепотом сказал Калеб. — Болтает со своей игрушкой, как с живой…

Любопытство взяло верх.

— Игрушкой?

— Ага. — Калеб хмуро смотрел на Наткета, прикидывая как бы взять его поудобнее. — С тамагочей. Прям как маленький. И откуда у таких берутся деньги?

Он подхватил Наткета за локоть и поставил на ноги.

— Прыгай давай, — приказал Калеб. — Развязывать я тебя не собираюсь. А то лови потом по всей площадке. Оно мне надо?

Наткет еле удерживал равновесие, голова кружилась, а о прыжках и вовсе не могло быть и речи. Веревка так туго стягивала ноги, что он не мог ими двигать. Калеб подтолкнул Наткета в спину, и тот начал крениться, с ужасом понимая, что не в состоянии выставить руки, и через секунду ударится лицом о землю.

— Прыгай, я сказал, — рявкнул Калеб. Он схватил его за ворот, останавливая падение.

— Ты не видишь, он не может? — крикнула Николь.

— Тебя не спросили, — огрызнулся Калеб.

Но все же слова девушки возымели действие. Подхватив Наткета под мышки, Калеб поволок его к выходу, тихо ругая менеджера с его глупыми идеями.

Не успели они выйти из ангара, как резкий порыв ветра хлестнул по лицу тугими струями воды. На земле пузырились огромные лужи. В пенящихся водоворотах геройски гибли флотилии опилок и щепок.

Наткет поперхнулся холодными каплями. Несмотря на беснующиеся вокруг воды, в воздухе отчетливо слышался резкий и сухой запах электричества. Калеб бросил Наткета прямо в лужу рядом со стеной ангара и, спустя минуту, вернулся, волоча за собой Николь.

Вода в луже была нестерпимо холодной. Наткет мигом вымок до нитки, а она продолжала просачиваться, добираясь до костей. Крупно повезет, если все не кончится воспалением легких.